viagra super force

+7(495) 123-XXXX  г. Москва

Выпуски журналов

  • Серия
  • Серия
  • Серия
  • Серия
  • Журнал
  • Журнал
  • Журнал
  • Журнал

        А.И. Кривцов, (ЦНИГРИ)

 

 

 

А.И. Кривцов

Сбалансированное развитие (СР), как следует из доклада Всемирной комиссии ООН "Наше общее будущее" (1987 г.), предполагает "обеспечение минерально-сырьевых потребностей нынешнего поколения без ущерба для будущих поколений удовлетворять их собственные потребности". В 1992 г. на Конференции ООН по окружающей среде и развитию, проходившей в Рио-де-Жанейро, делегации 182 государств приняли "Декларацию Рио", в которой были конкретизированы правовые аспекты СР, в первую очередь в экономической, экологической и социальной сферах. В начале последнего десятилетия истекшего века за рубежом и в России интенсивно разрабатывались преимущественно экологические аспекты СР с несколько меньшим вниманием к проблемам будущего минерально-сырьевого обеспечения.

В апреле 2003 г. Правительством РФ утверждены "Основы государственной политики в области использования минерального сырья и недропользования", в которых содержатся положения, отвечающие принципам СР. В числе основных целей и задач отечественной государственной политики определены следующие:

  • обеспечение воспроизводства и эффективного освоения минерально-сырьевой базы Российской Федерации в целях обеспечения устойчивого экономического развития России, повышения благосостояния ее граждан;
  • организация рационального и комплексного использования минерально-сырьевых ресурсов в интересах нынешних и будущих поколений граждан Российской Федерации.

Для выбора путей и способов достижения целей СР в России, а также конкретизации роли государства в СР представляются значимыми результаты уже выполненных зарубежных исследований в минерально-сырьевой сфере.

Ведущие зарубежные горно-добывающие компании для оценки последствий перехода к СР и возможных будущих угроз бизнесу учредили в 1999 г. программу "Глобальная горно-рудная инициатива", ориентированную на проблемы мирового минерально-сырьевого обеспечения; в том же году в США был организован постоянно функционирующий "круглый стол" для разработки показателей оценок вклада сырьевых и энергетических систем в СР.

В 2001-2002 гг. был выполнен широкий комплекс работ по проекту "Горно-добывающая промышленность в сбалансированном развитии" (MMSD), который был поддержан 31 горно-рудной компанией из разных стран мира и рядом некоммерческих организаций. Результаты исследований по проекту MMSD изложены в многочисленных частных и региональных отчетах, итоговом докладе по проекту, а также ряде критических обзоров. Материалы MMSD и итоги их обсуждения демонстрируют многоаспектность проблемы СР и путей его реализации. В первую очередь остаются несогласованными сущность СР (экономическая, этическая, экологическая, социальная, идеологическая), а также определения, цели СР и способы их достижения для обеспечения баланса интересов всех его участников.

Социально-экономическая структура системы СР

Структура СР в обобщенном виде может рассматриваться как система взаимодействия между государством (правительством), горно-добывающей промышленностью (ГДП), обществом (населением) и средой обитания (включая возобновляемые и невозобновляемые природные ресурсы). Отметим, что в системе СР пассивна (беззащитна) природная среда. Общество может защищать свои интересы исторически известными способами. ГДП эксплуатирует природный и общественный (человеческий) капиталы, создавая финансовый капитал. Государство определяет "правила игры" для функционирования ГДП, включая ее взаимодействие с природой и обществом, а также перераспределяя часть ее прибылей. Государство также может привносить в систему средства из иных источников (рис. 1).

Если же равновесие в системе  поддерживается только за счет средств ГДП, то она должна сохранять приемлемый уровень состояния среды, воспроизводить используемые природные ресурсы, обеспечивать социальную сферу общества. К этой ситуации близки (были близки?) некоторые крупные отечественные градообразующие предприятия, несущие также и общегосударственную налоговую нагрузку. С другой стороны, государство, тотально перераспределяющее средства, может полностью принимать на себя создание равновесия между собой, обществом и природной средой.

В целом реализация идеи СР требует достижения и поддержания балансов, соподчиненных в ряде подсистем.

Минерально-сырьевой баланс мировой технологической инфраструктуры

В модели СР пока недостаточно учитывается то обстоятельство, что в общей структуре мирового минерально-сырьевого потребления различные полезные ископаемые связаны друг с другом определенными пропорциями, которые отражают основные технологические процессы современной промышленной инфраструктуры и служат показателями меж- отраслевого сырьевого баланса. Для оценок зависимостей между потреблением различных полезных ископаемых в свое время отдельными исследователями предлагалось использование так называемых Fe-фактора и Cu-фактора, для вычисления которых потребляемые массы ведущих полезных ископаемых нормировались либо на 1 т потребляемых железных руд, либо на 1 т меди соответственно.

Автором в конце 1990-х гг. был предложен показатель металлоемкости топливно-энергетического сырья – ТЭС (нефть + газ + уголь), поскольку именно потребление ТЭС, как прямое, так и в форме электроэнергии, составляет основу всех ведущих отраслей промышленности (рис. 2).

В свою очередь производство, передача и использование ТЭС и энергии невозможны без потребления других видов минерального сырья и материалов. Соответственно металлоемкость ТЭС как интегральный показатель отражает баланс в подсистеме мирового минерально-сырьевого обеспечения, требуемого достигнутым уровнем научно-технического прогресса. Сложившиеся пропорции используемых минерально-сырьевых масс могут меняться лишь при радикальных преобразованиях в мировой технологической инфраструктуре.

Баланс в системе "цены – производство – потребление минерального сырья"

Баланс между добычей (производством) и потреблением отвечает системе "предложение – спрос" и для подавляющего большинства полезных ископаемых определяется ценами на соответствующую продукцию. Цены на минеральное сырье и продукты его переработки фиксируют частные моменты между относительным пере- производством и дефицитом соответствующего минерально-сырьевого продукта (товара). В наиболее общем случае цена отвечает компромиссу между экономическими интересами добывающих и потребляющих предприятий (рис. 3).

В числе долговременных глобальных тенденций в мировом минерально-сырьевом обеспечении многие эксперты отмечают снижение цен на металлы с падением цен на золото; давление возвратного золота на его цены и другие металлы; независимость потребления металлов от динамики цен – устойчивый рост потребления вне прямой зависимости от уровня цен; снижение либо стабилизация состояния запасов, не подчиняющиеся колебаниям цен; продолжающаяся убыль вклада добычи металлов в валовой внутренний продукт (ВВП) развитых стран (рис. 4).

Отказ от золотого приоритета национальных валют, инициированный США в начале 1970-х гг., фактически ознаменовал усиление монетаристской экономики с принижением роли реальной (материальной) экономической сферы. С течением времени доллар США приобрел роль почти универсального платежного средства, т.е. как бы заменил золотой паритет многих национальных валют. Известно, что уровень ценности доллара зависит от политики Федерального резервного фонда США, определяющего целесообразность и масштабы эмиссии этих бумажных денег. Переход стран ЕЭС на евро – попытка коллективного противостояния доминанте доллара в глобальной денежно-валютной системе.

Ликвидность запасов металлических полезных ископаемых можно определить путем сопоставления цен на металлы в долларовом выражении и золотом эквиваленте по модели "кросс- курсов". Такое сопоставление основано на анализе динамики цен на Au, Ag, Pt, Pd, Cu, Pb, Zn, Ni, Co по данным Геологической службы США (USGS) за 1970-2000 гг. Названные металлы обладают высокой ликвидностью и весьма значительной чувствительностью к конъюнктуре мирового рынка. В то же время они характеризуются стабильностью потребительских свойств, определяемой отсутствием полноценных либо эквивалентных заменителей. В наиболее общем ("идеальном") случае цена на тот или иной металл должна в первую очередь отражать затраты на его производство, которые в силу инерционности масштабных технологических систем относительно стабильны. Однако долговременность высокоамплитудных колебаний цен свидетельствует о воздействии и иных факторов ценообразования.

С отказом от золотого паритета постепенно усиливалась дифференциация цен на различные металлы в долларовом выражении. Менее отчетливо эта тенденция проявляется и в золотом эквиваленте долларовых цен.

Общая долговременная тенденция динамики цен на рассматриваемые металлы (исключая палладий) выражается в относительно слабом росте при увеличении цен на золото и падении цен на металлы в золотом эквиваленте. Соответственно справедливо и обратное утверждение. Иными словами, все рассматриваемые металлы в условиях снижения цен на золото будут обесцениваться и в долларовом выражении.

Устойчивость российской экономики и ее развитие решающим образом зависят от экспортных цен на сырую нефть, которая продолжает оставаться базовым элементом отечественного ВВП. Непредвиденные нефтяные доходы России, возникшие за счет резкого роста цен и частично уже использованные для погашения внешнего долга, позволили создать стабилизационный фонд для защиты от резкого падения нефтяных цен.

Рост цен на нефть для всех стран, которые ее экспортируют, естественно, рассматривается как благо. Однако в тех случаях, когда страны-экспортеры нефти в значительных объемах импортируют другие продукты, в том числе с высокой энергоемкостью производства, может возникнуть и уже возникает эффект бумеранга. С ростом цен на энергоносители поставщики товаров, естественно, увеличивают свои цены как минимум на "нефтяную добавку". Соответственно возникает дополнительная нагрузка на потребителей (в первую очередь – товаров массового потребления). В итоге "непредвиденные нефтяные доходы" экспортеров нефти и правительств сопровождаются предсказуемым ростом расходов населения и ускорением инфляционных процессов.

Воздействие роста цен на нефть в первую очередь сказывается на энергоемких производствах, отражением чего является близкая согласованность колебаний месячных цен на нефть, никель и медь на фоне относительной независимости колебаний цен на золото, рост которых, скорее, отражает обесценивание доллара США. Этот фактор представляется достаточно значимым и для роста цен на нефть. Отмеченные выше зависимости характерны и для других металлов (рис. 5).

В то же время значительных изменений в объемах добычи полезных ископаемых за последние годы не отмечается; они характеризуются положительной динамикой с близкими значениями темпов роста. Добыча нефти с 1996 г. растет близкими темпами, несмотря на контрастные перепады цен. При спаде цен на золото в 1996-2001 гг. его добыча начала медленно повышаться, а при подъеме цен проявилась тенденция к уменьшению добычи. Производство серебра обнаруживает несколько большую зависимость от динамики цен. Добыча цинка, свинца, олова вяло реагирует на падение и рост цен, обнаруживая противоположные тенденции.

Поскольку мировое предложение нефти остается недостаточным для удовлетворения растущего спроса на энергию, становится все более ясным, что завышенные цены на нефть нескольких последних лет, которые ранее считались относительно непродолжительным явлением, останутся таковыми как минимум в течение следующих нескольких лет.

Баланс в системе "отечественное производство минерального сырья – рост ВВП"

В ряде публикаций Е.А.Козловского, интервью Ю.П.Трутнева и многих других работах показан комплекс факторов, создающих угрозы национальной минерально-сырьевой безопасности, в первую очередь для будущего минерально-сырьевого обеспечения экономики страны полезными ископаемыми, а также для стабилизации и роста валютных поступлений от сырьевого экспорта.

Несмотря на воздействие таких факторов, отечественная добыча многих полезных ископаемых на месторождениях, ранее введенных в эксплуатацию, к 1995 г. преодолела спад и вышла на доперестроечные уровни и даже превысила таковые. Обращает на себя внимание сходимость трендов роста добычи нефти, газа, золота, железа, никеля, меди с трендом ВВП, что отражает экспортную доминанту отечественной экономики (рис.6). В то же время доперестроечный уровень ВВП по правительственному прогнозу до 2015 г. достигается позже, а иногда и значительно позже, чем уровни добычи основных полезных ископаемых. Можно полагать, что это отражает структуру отечественного экспорта, в котором первичное минеральное сырье преобладает над конечными продуктами, а также очевидную недооценку необходимости участия государства в сфере реальной экономики и производства.

Баланс среднедушевого производства и потребления минерального сырья

Для оценки интенсивности использования отечественной минерально-сырьевой базы (МСБ) проведено сопоставление России по темпам роста добычи и потребления и их среднедушевых значений с миром в целом, Бразилией, Германией, Казахстаном, Канадой, Китаем, США (табл. 1). Отметим, что из этих стран Бразилия наиболее близка России по численности населения, площади, богатству природными ресурсами. Экономика Германии обеспечивается импортным минеральным сырьем. Канада – один из лидеров среди мировых экспортеров минерального сырья. Экономика Китая отличается весьма высокими темпами развития при значительных уровнях не только собственной добычи, но и импорта минерального сырья. Импортная минерально-сырьевая ориентация экономики США общеизвестна. (Выполненное сопоставление не имеет своей целью выбор страны-эталона для определения основных показателей минерально-сырьевого баланса; тем не менее оно позволяет оценить текущее и возможное будущее отечественное производство на фоне основных участников глобального минерально-сырьевого рынка.)

По темпам роста добычи большинства полезных ископаемых лидируют Казахстан, Китай, Бразилия; Россия и Австралия примыкают к ним по меньшему числу объектов. В Казахстане темпы роста добычи нефти в 10 раз превышали среднемировые и в 2 раза эти показатели России и Бразилии. Такая же ситуация имеет место с газом (но без России). Исключительно высокие темпы роста угледобычи сложились в США, за которыми располагаются Австралия и Китай. По интегральному показателю ТЭС Казахстан и Китай намного опережают все остальные страны. Темпы роста отечественной золотодобычи (10 %) оказались почти в 2 раза ниже этого показателя по Казахстану на фоне общемировой стабилизации.

По темпам роста внутреннего потребления большинства полезных ископаемых Россия отстает от Казахстана, Китая, Бразилии. За 1997-2003 гг. российское внутреннее потребление нефти убывало при росте потребления газа. Динамика отечественного потребления ниже производства по ТЭС, меди, никелю, цинку, калийным солям, что отражает преимущественно экспортную ориентацию минерально-сырьевого комплекса страны.

Баланс в системе "производство – геологические запасы"

В "Долгосрочной государственной программе изучения недр и воспроизводства минерально-сырьевой базы России на основе баланса потребления и воспроизводства минерального сырья", утвержденной приказом МПР России № 160 от 08.06.2005 г., основные полезные ископаемые по состоянию обеспечения потребностей экономики страны, устойчивости МСБ, доступности и ликвидности запасов и ресурсов разделены на три группы, которые в первую очередь различаются по близости сроков исчерпания рентабельных эксплуатируемых запасов (запасов месторождений, на которых действует добычная инфраструктура), что создает угрозу стабильности будущего минерально-сырьевого обеспечения.

Уровень этих угроз оценивается по показателям погашения исходных запасов (общих и рентабельных эксплуатируемых) в соответствии с индексами роста добычи, заложенными в прогнозный баланс "производство – потребление" (табл. 2).

Как следует из расчетных данных, по общим запасам исходная отечественная МСБ обладает высокой устойчивостью; в погашение по большинству ведущих полезных ископаемых уходит от 10 до 30 % запасов начального периода. Совершенно иная картина устанавливается для рентабельных эксплуатируемых запасов многих полезных ископаемых. Следует подчеркнуть, что при росте цен на энергоносители масса таких запасов может уменьшиться за счет увеличения себестоимости, вследствие чего может усилиться разбалансированность национального минерально-сырьевого обеспечения.

Баланс в системе "добыча – воспроизводство запасов и МСБ"

Баланс в этой подсистеме обеспечивается при реализации модели простого воспроизводства, т.е. при компенсации добытых масс минерального сырья их "новыми" запасами. Резерв для будущего прироста запасов составляют прогнозные ресурсы (ПР) категорий Р2 и Р1, которые приняты для анализа в "Долгосрочной программе…". Соответствующие отношения ПР к погашаемым массам отвечают показателям обеспеченности приростов запасов исходными ПР (т.е. так называемой "кратности") и так или иначе отражают надежность "поискового задела".

Достоверная и представительная статистика, позволяющая судить о достаточности – недостаточности ПР для приростов запасов в форме значений показателей "кратности", отсутствует как в отечественной, так и в зарубежной практике. По ретроспективным данным Мингео СССР (1991 г.) можно принять, что ПР категорий Р2 и Р1, пересчитанные с понижающими коэффициентами в условную категорию С2, могут и должны, по крайней мере, в 2 раза превышать ожидаемые приросты запасов по категориям С21. В "Долгосрочной программе…" в качестве критического предела принято троекратное превышение ПР, приведенных к условной категории С2, над возможными реальными приростами.

Прогнозный баланс "добыча – запасы" связывает показатели производства основных полезных ископаемых с показателями воспроизводства их запасов, рассчитанными по модели простого воспроизводства и значения коэффициентов компенсации добычи приростами запасов, принятым в "Долгосрочной программе…".

В этом балансе отслеживается динамика убыли исходных запасов (включая рентабельные эксплуатируемые) и ожидаемые (по вариантам) состояния запасов по рубежным годам. Основной показатель баланса – обеспеченность расчетной добычи исходными и ожидаемыми запасами. Следует подчеркнуть, что состояние МСБ, достигаемое при реализации мероприятий "Долгосрочной программы…", в целом обеспечивает необходимый уровень национальной минерально-сырьевой безопасности (рис. 7).

Возможные угрозы таковой связаны с приближением срока исчерпания рентабельных эксплуатируемых запасов, будущие темпы и масштабы воспроизводства которых не поддаются более или менее достоверным прогнозным оценкам в связи с непредсказуемостью ценовых факторов, которые могут сдвигать границы рентабельности в любую сторону. По ряду полезных ископаемых показатели баланса создают впечатление избыточной обеспеченности, однако не поддающееся количественной оценке, но вполне очевидное воздействие "экономического сита", усиливающееся со временем, особенно под воздействием ценовой "энергетической надбавки", позволяет считать принятые значения допустимыми, тем более что в этих запасах весьма высока доля ценностей, унаследованных от СССР, а точнее – от Мингео СССР.

Уместно отметить, что МПР России реализовало рекомендации парламентских слушаний от 30 ноября 2004 г. и утвердило долгосрочную (до 2020 г.) программу воспроизводства МСБ, которая должна быть с 2006 г. развернута в комплект кратко- и среднесрочных региональных программ. В этих программах федеральный бюджет принимает на себя риски ранних стадий геолого-разведочных работ, а бизнес на аукционных основах приобретает объекты, подготовленные для получения прироста запасов. Введение поправок к действующему Закону РФ "О недрах", касающихся прав пользования объектами их первооткрывателями, стимулировало привлечение в воспроизводство МСБ внебюджетных источников. По предварительным данным за первую половину 2005 г. поступления в бюджет от аукционов превысили 1 млрд дол.

Представляется, что созданная МПР России система воспроизводства МСБ на программно-целевых основах должна получить законодательное закрепление.

 

 

© А.И. Кривцов, Журнал "Минеральные ресурсы России. Экономика и управление", 2-2006
 

 

 

 
SCROLL TO TOP

 Rambler's Top100 @Mail.ru