viagra super force

+7(495) 123-XXXX  Moscow RF

The Latest Publications in the Series "Humanities"

Выпуски журналов

  • Серия
  • Серия
  • Серия
  • Серия
  • Журнал
  • Журнал
  • Журнал
  • Журнал
There is no translation available.

А.С. Кулагин,  (Независимый исследователь)

Серия «Гуманитарные науки» # АВГУСТ  2017

3-й механизированный корпус
Статья посвящена роли 3-го и 12-го механизированных корпусов Северо-Западного фронта и освещению их боевых действий в ходе Приграничного сражения 22 июня – 9 июля 1941 года на территории Прибалтики. В статье проводится анализ причин неудачных операций танковых и моторизованных дивизий Северо-Западного фронта в ходе боевых действий. Определяется роль 3-го и 12-го механизированных корпусов в целом по итогам боевых действий.

Ключевые слова: 3-й механизированный корпус, 12-й механизированный корпус, 8-я Армия, 11-я Армия РККА, 4-я танковая группа, 3-я танковая группа, 41-й моторизованный корпус, 56-й моторизованный корпус, 39-й моторизованный корпус Вермахта.

 

Актуальность статьи обусловлена следующими обстоятельствами:

  • Во-первых, недостаточной освещенностью темы боевых действий 3-го механизированного корпуса в ходе Приграничного сражения 22 июня – 9 июля 1941г. на территории Прибалтики.
  • Во-вторых, необходимостью подробного освещения и оценки роли 3-го механизированного корпуса в ходе Приграничного сражения (22 июня – 9 июля 1941г.).

Прежде чем описывать непосредственно боевые действия советских танковых войск на территории Прибалтики, необходимо понять, в каком состоянии были танковые войска Прибалтийский Особый Военный Округ и группы армий «Север» перед 22 июня 1941г.

Танковые войска Прибалтийского Особого Военного Округа были представлены 3-м и 12-м механизированными корпусами (далее – мехкорпусами).

По состоянию на 20 июня 1941г. боевой состав 3-го мехкорпуса составлял следующие данные: управление корпуса и корпусные части насчитывали 5 БА-10 и 5 БА-20; на вооружении 2-й танковой дивизии состояли: 32 КВ-1, 19 КВ-2, 27 Т-28, 116 БТ-7, 19 Т-26, 12 ХТ-26, 63 БА-10, 27 БА-20, всего 252 танка и 90 бронеавтомобилей; на вооружении 5-й танковой дивизии состояли: 50 танков Т-34; на вооружении 84-й моторизованной дивизии состояли: 145 боевых машин БТ-7, 4 танка Т-26, 42 БА-10, 6 БА-20, всего 149 танков и 48 бронеавтомобилей. Итого на вооружении 3-го мехкорпуса состояли 32 КВ-1, 19 КВ-2, 50 Т-34, 57 Т-28, 431 БТ-7, 41 Т-26, 12 ХТ-26, 166 БА-10, 58 БА-20, всего 669 танков и 224 бронеавтомобиля. [15.ЛЛ.5–10, Л.117].

К июню 1941г. части 3-го мехкорпуса имели хорошо подготовленные кадры, но испытывали недостаток радиостанций, запасных частей для боевой техники, автомобилей и тракторов, бронебойных снарядов и дизельного топлива.

В состав 12-го мехкорпуса под командованием генерал-майора Н.М. Шестопалова входили: 23-я, 28-я танковые и 202-я моторизованная дивизии, 10-й мотоциклетный полк, 380-й отдельный батальон связи, 47-й отдельный моторизованный инженерный батальон.

23-я танковая дивизия под командованием полковника Т.С. Орленко к 22 июня 1941г. насчитывала 350 Т-26, 17 танков «Виккерс», 2 танкетки ТКС, 10 БА-10, 5 БА-20, 4 Т-20 «Комсомолец» [16. ЛЛ.12-23]. 28-я танковая дивизия под командованием полковника И.Д. Черняховского к 22 июня 1941г. имела на вооружении 236 БТ-7, 69 Т-26, 9 «Виккерс», 10 БА-10, 15 БА-20[17. ЛЛ.12,15,23]. 202-я моторизованная дивизия к 22 июня 1941г. насчитывала 66 Т-26, 8 Т-27, 16 «Виккерс», 6 «Фиат 3000», 6 «Рено» FT-17, 2 танкетки TKS, 1 танкетку «Карден-Ллойд», 12 БА-10, 3 БА-20, 15 Т-20 «Комсомолец» [18. ЛЛ. 12 – 23].

В отличие от 3-го мехкорпуса, 12-й мехкорпус имел большой некомплект автомобилей, специальных машин, тракторов и мотоциклов: 84 легковых автомобиля, 2230 грузовых автомобиля, 320 специальных автомобиля, 214 трактора, 90 мотоциклов [14. Л.117]. За время, прошедшее с момента формирования 12-го мехкорпуса до 22 июня 1941г. части, подразделения и штабы не успели пройти достаточного сколачивания.

Против войск ПрибОВО действовала группа армий «Север» под командованием генерал-фельдмаршала В. Фон Лееба.

В состав группы армий «Север» по состоянию на июнь 1941 г. входили 18-я полевая Армия под командованием генерал-полковника Г. фон Кюхлера (I-й, XXVI-й, XXXVIII-й армейские корпуса) была развернута на левом фланге группы армий «Север». На правом фланге размещались соединения 16-й Армии под командованием генерал-полковника Э. Буша (II-й, XX-й и XXVIII-й армейские корпуса). В центре боевого порядка группы армий «Север» находились соединения 4-й танковой группы под командованием генерал-полковника Э. Гепнера. В резерве группы армий «Север» находился XXIII-й армейский корпус и 2 охранных дивизии, предназначенные для обеспечения функционирования железнодорожных и автомобильных дорог и магистралей в тылу действующих армий.

Согласно «Директиве по стратегическому сосредоточению и развертыванию войск (операция Барбаросса)» от 31 января 1941 г. задача группы армий «Север» определялась следующим образом:

«… В соответствии с этой задачей группа армий «Север» прорывает фронт противника, нанося главный удар в направлении на Двинск, как можно быстрее продвигается своим сильным правым флангом, выслав вперед подвижные войска для форсирования р. Западная Двина, в район северо-восточнее Опочки с целью не допустить отступления боеспособных русских сил из Прибалтики на восток и создать предпосылки для дальнейшего успешного продвижения на Ленинград» [4.С.163 - 164].

Кроме того, против частей ПрибОВО на первом этапе операции «Барбаросса» должна была действовать 3-я танковая группа под командованием генерала от инфантерии Г. Гота, входившая в состав группы армий «Центр».

Таким образом, к 22 июня 1941 г. против 27-й, 8-й и 11-й Армий, в подчинении которых находились 3-й и 12-й мехкорпуса, ПрибОВО были сосредоточены следующие танковые части противника по состоянию на 21 июня 1941г., относящиеся к группе армий «Север» и 3-й танковой группе:

4-я танковая группа была представлена в составе: 1-й танковой дивизии, всего в дивизии 151 боевая машина; 6-й танковой дивизии, всего в дивизии 245 боевых машин; 8-й танковой дивизии, всего в дивизии 212 боевых машин; 616-м противотанковым батальоном, который насчитывал 27 боевых машин Panzerjager I. Штурмовая артиллерия, приданная на усиление пехотным дивизиям, была представлена 185-м штурмовым батальоном, 659-й штурмовой батареей, 660-й штурмовой батареей, 665-й штурмовой батареей, 666-й штурмовой батареей, 667-й штурмовой батареей, всего в подразделениях штурмовой артиллерии насчитывалось 48 боевых машин StuG III. Всего в 4-й танковой группе насчитывалось 683 боевых машин всех типов. [10.С.24].

3-я танковая группа имела в своем составе 7-ю танковую дивизию, которая насчитывала всего 271 боевую машину; 12-ю танковую дивизию, имевшую всего 220 боевых машин; 19-ю танковую дивизию, имевшую по штату 228 боевых машин; 20-ю танковую дивизию, которая имела всего 229 боевых машин; 101-й огнеметный танковый батальон имел в своем составе 73 боевых машины всех типов; 643-й противотанковый батальон имел в своем составе 27 боевых машин Panzerjager I. Всего в 3-й танковой группе насчитывалось 1048 боевых машин всех типов.[10.С.24].

3-я танковая группа, входившая в состав группы армий «Центр», также имела в своем составе два моторизованных корпуса – XXXIX-й (7-я, 20-я танковые, 14-я и 20-я моторизованные дивизии) и LVII-й (12-я и 19-я танковые, 18-я моторизованная дивизии). Кроме них в составе 3-й танковой группы находились V-й, VI-й, VIII-й и XX-й армейские корпуса.

Боевые действия на территории Прибалтики 22 июня 1941 г. начались в 4 часа 05 минут по московскому времени (немецкая сторона записала начало артподготовки на 3 часа 05 минут по берлинскому времени) с авиаударов 1-го воздушного флота по 11 аэродромам, узлам связи, крупным железнодорожным станциям и портам.

Главный удар 3-й танковой группы противника наносился по стоящим вдоль границы частям 126-й и 128-й стрелковых дивизий, бывших в подчинении непосредственно командующего 11-й Армией генерал-лейтенанта В.И. Морозова. Имея на данном направлении многократное превосходство в личном составе и абсолютное в танках, противник уже 22 июня 1941 года прорвал позиции не успевших развернуться 126-й и 128-й стрелковых дивизий, которые были смяты и отброшены от государственной границы. В ходе боя управление войсками было нарушено, связь отсутствовала, оказывая неорганизованное сопротивление части стрелковых дивизий отходили в северо-западном направлении.

Танковые части неприятеля смогли беспрепятственно пересечь мосты через р. Неман и захватить их. Захват мостов через Неман являлся большим успехом для всей 3-й танковой группы Г. Гота, который впоследствии писал об этом боевом эпизоде следующее: «Для 3-й танковой группы явилось большой неожиданностью, что все три моста через Неман, овладение которыми входило в задачу группы, были захвачены неповрежденными». [3.С.64]

Днем 22 июня 1941 года переправившись через Неман, части 3-й танковой группы начали развивать наступление в направлении Вильнюса. Части 128-й стрелковой дивизии понесли большие потери и не смогли оказать серьезного сопротивления противнику. Находившийся в районе Вильнюса 29-й стрелковый (литовский) корпус командование Северо-Западного фронта не вводило в бой, опасаясь неблагонадежности личного состава. В донесении народному комиссару обороны СССР о прорыве крупных танковых и моторизованных сил противника в направлении на Друскеники от 22 июня 1941 г. в 9ч.35мин командующего Северо-Западным фронтом генерал-полковника Ф.И. Кузнецова говорилось следующее: «Крупные силы танков и моторизованных частей прорываются на Друскеники. 128-я стрелковая дивизия большею частью окружена, точных сведений о ее состоянии нет.

Ввиду того, что в Ораны (так в тексте – А.К.) стоит 184-я стрелковая дивизия, которая еще не укомплектована нашим составом полностью и является абсолютно ненадежной, 179-я стрелковая дивизия – в Сьвенцяны (так в тексте – А.К.) также не укомплектована и ненадежна, также оцениваю 181-ю стрелковую дивизию – Гулбенэ, 183-я стрелковая дивизия на марше в лагерь Рига, поэтому на своем левом крыле и стыке с Павловым* создать группировку для ликвидации прорыва не могу.

* Генерал армии Павлов Д.Г. – с 22 июня 1941г. командовал Западным фронтом, образованным на базе ЗОВО.

 

Прошу помочь. Тильзитскую группировку противника буду бить контрударами: с фронта Тельшяй, Повентис – 12-м механизированным корпусом, с направления Кейданы, Россиены – двумя дивизиями 3-го механизированного корпуса.

5-я танковая дивизия на восточном берегу р. Неман в районе Алитус будет обеспечивать отход 128-й стрелковой дивизии и прикрывать тылы 11-й армии от литовцев, а также не допускать переправы противника на восточный берег р. Неман севернее Друскеники» [5.ЛЛ.123-124].

В тот же день в 22.20 22 июня 1941 года генерал-полковник Ф.И. Кузнецов в своем донесении Народному комиссару обороны об обстановке на 22 часа 22 июня 1941г. сообщал: «… Третье. Получился разрыв с Западным фронтом, который закрыть не имею сил ввиду того, что пять бывших территориальных дивизий мало боеспособны и самое главное – ненадежны (опасаюсь измены)» [6.ЛЛ.171 – 175].

Таким образом, советским стрелковым дивизиям не удалось организовать какое-либо значительное сопротивление в данном районе.

К утру 23 июня 1941 г. 184-я стрелковая дивизия получила приказ прорываться в направлении Вильнюса, однако уже на следующие сутки она была окружена и уничтожена.

Противнику удалось нанести поражение частям 125-й стрелковой дивизии и выдвигавшейся маршем из Риги 48-й стрелковой дивизии, которая «внезапно подверглась ударам авиации и прорвавшихся войск противника, понесла большие потери и, не дойдя до границы, была разгромлена» [10. С.31.]. Тем самым противнику был открыт путь к рубежу р. Дубисса.

В ЖБД группы армий «Север» сказано: «Сопротивление на границе было очень незначительным, противник застигнут врасплох, все пограничные мосты захвачены в полной сохранности» [8.Л.32]. В результате к 12.00 части 4-й танковой группы пробили брешь в обороне на стыке 8-й и 11-й Армий и начали развивать наступление в восточном направлении. Наибольшего успеха добился LVI-й моторизованный корпус, продвинувшись за день на 80 км.

Успешное продвижение LVI-го моторизованного корпуса неприятеля было связано прежде всего с тем, что его части действовали на самом стыке 8-й и 11-й Армий Северо-Западного фронта. В подчинении командира LVI-го моторизованного корпуса генерала Э. фон Манштейна было только одно подвижное соединение – 8-я танковая дивизия под командованием генерала Э. Бранденбергера, которая была разделена на две боевых группы.

В ЖБД 8-й танковой дивизии в 7.55 22 июня 1941 г. отмечалось: «Части быстро движутся на восток. В дивизии сложилось впечатление, что она еще не пришла в соприкосновение с регулярными войсками противника» [9.С.49.].

Во второй половине дня 22 июня 1941 г. в журнале боевых действий 8-й танковой дивизии появляется запись: «Основной массе группы «А» удалось без боя выйти в район Ариогалы, высоты позади которого были заняты противником. Мост в Ариогале был непригоден для переправы транспорта, однако в створе дороги был найден пригодный для всех видов транспорта брод с твердым дном, по которому переправились сначала БТР и атаковали высоты у Ариогалы. С помощью этого неожиданно быстрого продвижения удалось сломить сопротивление противника, в том числе его бронемашин, и захватить высоту по ту сторону реки. Удался и произведенный тут же по приказу командира дивизии бросок к шоссейному мосту у р. Ариогалы, который был захвачен с тыла после короткого боя при поддержке нашей артиллерии и танков в 17.25 в неповрежденном состоянии» [20.139.].

Далее боевая группа «А» получила приказ Манштейна продвигаться на Кедайняй. Несмотря на сопротивление 5-й стрелковой дивизии, противник получил возможность беспрепятственно развивать наступление вглубь советской территории и прорвать оборону 11-й Армии на нескольких направлениях.

В создавшейся обстановке командующий Северо-Западным фронтом в 9.45 22 июня 1941 г. направил в войска директиву командующим войсками 8-й и 11-й Армий, командирам 3-го и 12-го мехкорпусов о нанесении контрудара по противнику, прорывающемуся на Таураге: «Противник занял танковыми и мотоциклетными частями Кретинга. В Таураге ворвались его танки и мотопехота. Видимо, противник пытается окружить части 8-й армии.

…12-му механизированному корпусу, ликвидировав 23-й танковой дивизией танки и мотоциклетные части противника в Кретинга, главные силы корпуса развернуть на фронте Тешляй, Повентис для удара по флангу и в тыл противнику, прорывающемуся на Таураге.

3-му механизированному корпусу, оставив 5-ю танковую дивизию в распоряжении командующего 11-й армией, 2-й танковой дивизией и 84-й моторизованной дивизией в ночь на 23.6.1941 г. выйти, заранее разведав пути движения, в район Рассиены, для удара во взаимодействии с 12-м механизированным корпусом и 9-й артиллерийской бригадой противотанковой обороны по противнику…. Командующему 8-й армией объединить действия 3-го и 12-го механизированных корпусов.» [19.С.12.].

К вечеру 22 июня 1941 года в полосе Северо-Западного фронта из числа находившихся в приграничной зоне войск оставались незадействованными в оборонительной операции следующие части: 12-й мехкорпус, выгружавшаяся в районе Шауляя 11-я стрелковая дивизия в полосе 8-й армии, а также 3-й мехкорпус (без 5-й танковой дивизии).

В этот же день в 4.20 утра авиация противника нанесла авиаудары по боевым паркам, казармам и аэродрому. Тем не менее, потери 5-й танковой дивизии были минимальны, так как почти весь личный состав и техника были выведены в полевые лагеря.

После удара авиации противника командир 5-й танковой дивизии полковник Ф.Ф. Федоров отдал приказ о приведении всех машин в боевую готовность, а для прикрытия мостов через р. Неман выдвинул передовой отряд – несколько танков и две роты 5-го мотострелкового полка с артиллерией. Эти части стали спешно закрепляться на левом берегу р. Неман. Связь дивизии со штабом 11-й Армии вскоре была потеряна, никаких приказаний не поступало.

Острие наступления XXXIX-го моторизованного корпуса противника было нацелено на переправу через Неман у Алитуса, а 12-я танковая дивизия LVII-го моторизованного корпуса продвигалась к переправе через Неман у Меркине.

Первой к Неману вышла 7-я танковая дивизия XXXIX-го моторизованного корпуса.

5-й зенитный дивизион сначала открыл огонь по самолетам, а после появления танков 7-й танковой дивизии противника орудия были повернуты против них для стрельбы прямой наводкой. В результате было подбито 14 танков противника.

На подступах к мостам на левом берегу р. Неман части 5-го мотострелкового полка и приданная им артиллерия были в течение получаса подавлены огнем артиллерии и танков 7-й танковой дивизии противника. Тем не менее, в ходе боя было подбито 16 танков противника. Но все подбитые немецкие танки были восстановлены ремонтными службами 7-й танковой дивизии к утру 23 июня 1941 года.

К 13.00 22 июня 1941 года части 7-й танковой дивизии противника переправились на правый берег р. Неман. Навстречу им командованием 5-й танковой дивизии были спешно выдвинуты части 9-го и 10-го танковых полков. Из-за несогласованности действий и плохой разведки, подразделения 9-го и 10-го танковых полков выходили в район боевых действий неодновременно. Первым вышел к мостам через р. Неман 2-й батальон 9-го танкового полка под командованием старшего лейтенанта И.Г. Вержбицкого, атаковавший переправившиеся подразделения 7-й танковой дивизии противника. Немногим позже в атаку перешел 1-й батальон, имевший 24 танка Т-28. Благодаря успешным действиям 9-го танкового полка 5-й танковой дивизии полковника Ф.Ф. Федорова движение частей 7-й танковой дивизии противника через северный мост было остановлено. В ходе боя было подбито 6 танков противника. Потери 9-го танкового полка составили: из 24 Т-28 - 16, из 44 Т-34 - 27, из 45 БТ-7 – 30. [10.С. 34].

Одновременно с этим, части 7-й танковой дивизии противника прорвались через южный мост, оборонявшийся 10-м танковым и 5-м мотострелковым полками. В ходе встречного танкового боя было подбито около 30 танков противника.

Следует отметить, что быстрого прорыва у 7-й танковой дивизии XXXIX-го моторизованного корпуса противника с плацдарма у Алитуса не получилось. Командующий 3-й танковой группой Г. Гот требовал от подчиненных ему корпусов «двигаться дальше на восток, не дожидаясь отставших дивизий. Вечером 22 июня – наступление до последней возможности» [9.С.60.]. XXXIX-му моторизованному корпусу еще до конца 22 июня 1941 г. предписывалось прорваться к Вильнюсу. Однако прорыв с двух захваченных мостов у Алитуса не удался. В этом случае ситуация находилась в равновесии – командование 5-й танковой дивизии не могло ликвидировать вражеские плацдармы в районе Алитуса, а 7-я танковая дивизия XXXIX-го моторизованного корпуса противника – не могла выйти с занятых ею у Алитуса плацдармов на оперативный простор. В это время LVII-й моторизованный корпус противника продвинулся дальше от Немана в восточном направлении и достиг Варены, тем самым выполнив задачу дня.

Вечером 22 июня 1941 г. к Алитусу подошли части 20-й танковой дивизии противника, которые были направлены на северный плацдарм, перед этим передав часть своего боекомплекта экипажам 7-й танковой дивизии. Подход 20-й танковой дивизии резко изменил соотношение сил. Захват неприятелем одновременно двух плацдармов на Немане обеспечил ему свободный маневр силами и средствами и выбор направления главного удара. В 21.00 22 июня 1941 г. был «вскрыт» северный плацдарм, в итоге 5-я танковая дивизия оказалась под угрозой удара во фланг и тыл. От идеи ликвидации плацдарма противника на р. Неман пришлось отказаться. Части 5-й танковой дивизии 3-го мехкорпуса начали отступление от Алитуса в северо-восточном направлении.

Встречный танковый бой в районе Алитуса 22 июня 1941 г. был хронологически первым танковым сражением Великой Отечественной войны 1941 – 1945 гг. В докладе 3-й танковой группы в штаб группы армий «Центр» говорилось следующее: «Вечером 22 июня 7-я танковая дивизия имела крупнейшую танковую битву за период этой войны восточнее Олита против 5-й танковой дивизии. Уничтожено 70 танков и 20 самолетов (на аэродроме) противника. Мы потеряли 11 танков» [7.Л.2].

23 июня 1941 г. части 5-й танковой дивизии заняли оборону на подступах к Вильнюсу. В результате тяжелого боя с подошедшими частями 7-й и 20-й танковых дивизий XXXIX-го моторизованного корпуса противника, части 5-й танковой дивизии были окружены и стали отходить в направлении Ошмяны, при этом было подбито около 12 танков и 6 орудий противника.

24 июня 1941 г., прорвав оборону разрозненных частей 11-й Армии, 7-я и 20-я танковые дивизии заняли Вильнюс. В 3.30 25 июня 1941 г. командир 5-й танковой дивизии полковник Ф.Ф. Федоров отдает приказ – захватить Ошмяны, после чего продвигаться на Вильнюс. Вся оставшаяся боеспособной боевая техника была сведена в отряд под командованием командира 9-го танкового полка полковника И.П. Верхова. В 6.30, достигнув восточной окраины Ошмян, сводный отряд атаковал части неприятеля с тыла, частично уничтожив, а частично рассеяв их.

Но развить успех не удалось и под натиском наступления 7-й и 20-й танковых дивизий противника 5-я танковая дивизия начала свое отступление на юго-восток. К 26 июня 1941 г. части 5-й танковой дивизии вышли в полосу ответственности Западного фронта. К 4 июля 1941 г. удалось собрать 2552 человека, 261 автомобиль, 2 танка БТ-7 и 4 бронеавтомобиля БА-10.

Таким образом, 5-я танковая дивизия смогла на три дня сдерживать продвижение двух танковых дивизий противника, контратакуя их части, тем самым давая возможность частям 11-й Армии для планомерного отступления на восток.

Обычной мерой противодействия глубоким прорывам танковых и механизированных частей противника всегда являлись собственные подвижные части – в данном случае 3-й и 12-й мехкорпуса. Считалось, что части этих корпусов целесообразнее всего использовать для фланговых контрударов. Командованием Северо-Западного фронта был задуман удар по флангам наступающей на Шауляй группировки противника. В итоге в 18.00 22 июня 1941г. в «Разведывательной сводке № 04 штаба Северо-Западного фронта о действиях противника против войск фронта» говорилось следующее: «На участке Шипале, Скаудвиле, Эржвилки, Юрбург наступают до трех пехотных дивизий и около одной танковой дивизии» [33.1С.40]. Как уже упоминалось выше, в действительности в данном районе у противника было два подвижных соединения, так как 8-я танковая немецкая дивизия незаметно для советского командования подошла в район Арегалы.

Детализация фронтового контрудара была возложена на командующего 8-й Армией генерал-майора П.П. Собенникова. В 14.00 22 июня 1941 г. появляется «Боевой приказ командующего войсками 8-й армии № 01 на нанесение контрударов с утра 23 июня 1941 года», в котором говорилось следующее:

«1. Противник, нанося главный удар [в направлении] Тильзит, Шауляй, пытается окружить части 8-й армии.

…2. … Объединить действия 12-го и 3-го механизированных корпусов. Во взаимодействии с 11-й армией уничтожить пехоту и танки противника на шауляй-тильзитском направлении.

…5. 12-му механизированному корпусу во взаимодействии с 3-м механизированным и стрелковыми корпусами в 4.00 23.6.1941г. нанести удар в направлениях:

а) силами 23-й танковой дивизии – на Плунге, Кулей немедленно;
б) силами всего корпуса – в направлении Таураге с задачей полного уничтожения противника. Удар нанести с фронта Варняй, Ужвентис. Вести разведку на фронте Рьэтавас, Кведарна, Скаудвиле, не обнаруживая себя.

6. 3-му механизированному корпусу, оставив 5-ю танковую дивизию в распоряжении командующего 11-й армией, 2-й танковой и 84-й моторизованной дивизиями выйти к утру 23.6. в район Россиены для удара по противнику во взаимодействии с 12-м механизированным корпусом и 9-й артиллерийской бригадой противотанковой обороны.

К исходу 22.6.1941г. обеспечить за собой переправы через р. Дубисса.» [1.ЛЛ.2,3.].

В целом можно заключить, что командование Северо-Западного фронта значительно недооценило силы 4-й танковой группы генерала Э. Гепнера.

Если относительно отражения наступления танковых и пехотных частей противника из района Таураге у командования Северо-Западного фронта сразу сформировался план фронтового контрудара посредством контратак силами 12-го и 3-го мехкорпусов по южному и северному флангам прорвавшегося противника, то задачу по ликвидации прорыва противника в полосе 11-й Армии командующий Северо-Западным фронтом перенаправил Верховному командованию РККА.

В 21.15 22 июня Военные советы Северо-Западного, Западного, Юго-Западного и Южного фронтов получили «директиву №3», в которой Верховным командованием были обозначены ближайшие задачи войск. Северо-Западному фронту приказывалось следующее:

«…2. Ближайшей задачей войск на 23 – 24 июня ставлю:

а) концентрическими сосредоточенными ударами войск Северо-Западного и Западного фронтов окружить и уничтожить сувалкскую группировку противника и к исходу 24 июня овладеть [городом] Сувалки;

…3. Приказываю:

б) Армиям Северо-Западного фронта, прочно удерживая побережье Балтийского моря, нанести мощный контрудар из района Каунас во фланг и тыл сувалкской группировки противника, уничтожить ее во взаимодействии с Западным фронтом и к исходу 24.6 овладеть районом Сувалки. Граница слева – прежняя.» [13.С.192 – 194].

Надо отметить, что, хотя сама задача фронтового прорыва на Сувалки была невыполнима, сам замысел контрудара из района Каунаса был не самой худшей идеей. Тем не менее текст директивы №3 был проигнорирован командованием Северо-Западного фронта, так как поставленные в директиве №3 задачи были невыполнимы силами и средствами, имеющимися на тот момент в распоряжении командующего войсками Северо-Западного фронта генерал-полковника Ф.И. Кузнецова. В итоге подчиненные ему части и соединения начали выполнять приказ на контрудар по группировке противника, наступающей из района Таураге, так как содержание директивы №3 не было доведено до их сведения командующим Северо-Западным фронтом из-за отсутствия устойчивой связи между штабом Северо-Западного фронта и штабами 8-й и 11-й Армий.

В итоге части 3-го и 12-го мехкорпусов продолжали готовится к контрудару по тильзитской группировке противника, выполняя приказ командующего войсками Северо-Западного фронта генерал-полковника Ф.И. Кузнецова, отданный им в 9.45 22 июня 1941 г.

Первой перешла в контрнаступление 2-я танковая дивизия под командованием генерал-майора Е.Н. Солянкина, по распоряжению которого еще 22 июня 1941 г. В ходе 160-километрового марша 22 июня 1941 г. часть танков вышла из строя по техническим причинам, но большая часть машин к вечеру вышла в район переправы через р. Дубисса в 20 км от Расейняя. При этом штаб 2-й танковой дивизии не имел никакой информации о противостоящем противнике, также отсутствовали карты местности, а личный состав был сильно утомлен маршами, материальная часть требовала осмотра, а времени на это не было.

В районе Расейняя наступала 6-я танковая дивизия 4-й танковой группы противника. Дивизия действовала двумя боевыми группами: «Раус» и «Зекендорф».

В 12.45 противник достиг местности юго-западнее Расейняя. Наступать на город предполагалось с высоты, находящейся западнее его. Около 13.00 боевая группа «Раус» начала наступление. Боевая группа «Зекендорф» в бой за Расейняй не вступила, получив приказ двигаться по высотам западнее его к направлению р. Дубисса. Боевая группа «Раус» достигла своей цели в 15.00. Для дальнейшего наступления 2-му батальону 4-го мотострелкового полка с одной усиленной ротой, 6-й батареей 76-го артполка и 3-й батареей 57-го саперного батальона были назначены машины, и в 16.30 марш был продолжен.

В 19.00 противник достиг моста через р. Дубиссу на дороге Расейняй – Шилува и захватил его. Усиленный 2-й батальон 4-го мотострелкового полка занял плацдарм. Разведка, посланная в направлении Шилувы, результатов не дала. Штаб боевой группы «Раус» расположился в Беданчяй.

В это же время боевая группа «Зекендорф» заняла еще один мост через р. Дубиссу в районе Кибартеляй и захватила плацдарм на левом берегу.

Вскоре воздушной разведкой Люфтваффе из районов Кедайняй и Ионава в направлении Крякяй было обнаружено выдвижение и маневр к Расейняю частей 2-й танковой дивизии.

Одновременно с противником к мосту чрез р. Дубисса вышел передовой отряд 2-й танковой дивизии из состава 2-го мотострелкового полка. Однако противнику удалось отбросить подразделения 2-го мотострелкового полка и занять оборону. Прибывшие на подкрепление 2-му мотострелковому полку танки из 2-й танковой дивизии охватывают плацдарм противника с флангов. В итоге противник был вынужден отступить, понеся тяжелые потери, оставив неповрежденным мост, так как он еще был нужен в предстоящем наступлении 6-й танковой дивизии неприятеля.

Необходимо также отметить, что командующий войсками Северо-Западного фронта на момент контрудара 2-й танковой дивизии в районе Расейняя четко и объективно смотрел на перспективы оборонительных действий вверенных ему войск. Понимая, что удержание линии новой границы является невозможным, 23 июня 1941г. командующий войсками Северо-Западного фронта приказывает начальнику инженерного управления фронта генералу Р.С. Терскому готовить оборонительные рубежи «по р. Зап[адная] Двина, Даугавпилс и далее на восток до укрепленных районов… Возведение рубежей производить по принципу обороны на широком фронте, широко использовав естественные препятствия для создания противотанковых районов» [19.С.48]. Контрудар 3-го и 12-го мехкорпусов теперь становился средством прикрытия возможного отхода 8-й и 11-й Армий.

Сильное впечатление произвели на противника действия 3-го танкового полка на Расейняй и 4-го танкового полка на Скаудвиле 2-й танковой дивизии, переправившихся через р. Дубиссу: «Русские неожиданно контратаковали южный плацдарм в направлении Расейняя. Они смяли 6-й мотоциклетный батальон, захватили мост и двинулись в направлении города. Чтобы остановить основные силы противника были введены в действие 114-й моторизованный полк, два артиллерийских дивизиона и 100 танков 6-й танковой дивизии. Однако они встретились с батальоном тяжелых танков неизвестного ранее типа. Эти танки прошли сквозь пехоту и ворвались на артиллерийские позиции. … Только 88-мм зенитки смогли подбить несколько КВ-1 и заставить остальных отступить в лес» [12.С.33].

Разбив части 114-го моторизованного полка 6-й танковой дивизии противника, 3-й танковый полк 2-й танковой дивизии занял Расейняй, но вскоре его части были выбиты. В течение 23 июня 1941г. Расейняй четыре раза переходил из рук в руки.

В донесении штаба 4-й танковой группы от 18.00 24 июня сказано: «Атаки тяжелых танков и пехоты противника вынудили правый фланг 41-го танкового корпуса перейти к обороне. В настоящее время этот бой еще продолжается. [10.С.40].

Несмотря на успех, положение 2-й танковой дивизии было тяжелым, так как ее части не взаимодействовали с другими частями Северо-Западного фронта, не имея поддержки авиации. В оперативной сводке штаба Северо-Западного фронта №05 от 24 июня 1941 г. говорилось следующее: «2-я танковая дивизия 23 июня 1941 г. разгромила 100-й моторизованный полк – до 40 танков и 40 орудий противника. 2-я танковая дивизия к 16.00 в районе Россиены без горючего. Противник подтянул резервы и в 16.00 24 июня перешел в наступление. Принимаются меры доставки горючего самолетами» [11.ЛЛ.325 – 327]. Но помощи из-за больших потерь в авиации штаб Северо-Западного фронта оказать не мог. 84-я мотострелковая дивизия 3-го мехкорпуса, которая должна была взаимодействовать с 2-й танковой дивизией, днем 23 июня попала в лесах восточнее Каунаса под сильный авиаудар и понесла большие потери. Пока 84-я мотострелковая дивизия приводила себя в порядок, она была обойдена с флангов частями 16-й полевой Армии и разгромлена. Части 12-го мехкорпуса, действовавшего северо-западнее, также не могли оказать помощь 2-й танковой дивизии, так как 23-я и 28-я танковые дивизии вводились в бой разрозненно, на широком фронте, без использования разведки и связи друг с другом.

Но, несмотря на все эти неблагоприятные обстоятельства, части 2-й танковой дивизии нанесли частям XLI-го моторизованного корпуса противника ощутимый контрудар. К сожалению, документов 2-й танковой дивизии совершенно не сохранилось. Поэтому о боях в районе Расейняя можно судить только по немецким документам, но и по ним видно, насколько тяжелыми были бои в этом районе:

«Донесение о действиях 4-й танковой группы за сутки 24 июня, время 0.30. 4-я танковая группа окружила в районе севернее Кедайняй – южнее Гринкискис – восточнее Расейняя крупные танковые силы противника. Они включают в себя по крайней мере одну танковую дивизию, может быть это только части 2-й русской танковой дивизии – как говорят пленные – которая была усилена. Противник располагает здесь 40 – 60 танками… Противнику удалось осуществить прорыв отдельными танками через оборону 6-й танковой дивизии» [10.С.44].

Для стабилизации обстановки в районе действий 2-й танковой дивизии 3-го мехкорпуса, командование 4-й танковой группы направило 1-ю танковую дивизию в район Гринкишкис – Шавкоты – Бейсагола с задачей провести обходной маневр и выйти в тыл частям 2-й танковой дивизии. На следующий день в бой против нее были введены части 36-й моторизованной и 269-й пехотной дивизий. В донесении о боях 4-й танковой группы за 25 июня 1941 года говорится следующее:

«41-му танковому корпусу в ходе боев с чрезвычайно ожесточенно сопротивляющимся противником в результате нового наступления через Дубиссу в течение 25 июня, 269-й пехотной, 36-й моторизованной, 1-й и 6-й танковым дивизиям удалось еще больше сузить кольцо вокруг окруженного в этом районе танкового соединения противника. До настоящего времени уничтожено более 100 танков» [10.С.44].

Таким образом, против 2-й танковой дивизии командование 4-й танковой группы противника ввело в бой 1-ю и 6-ю танковые, 36-ю моторизованную дивизии – при поддержке 269-й пехотной дивизии. При этом 290-я пехотная дивизия прикрывала правый фланг 269-й пехотной дивизии, ведущей бои с частями 2-й танковой дивизии. Связи со штабом 8-й Армии и Северо-Западного фронта командование 2-й танковой дивизии почти не имело. 25 июня 1941 г. командир 3-го мехкорпуса генерал-майор танковых войск А.В. Куркин, находившийся в боевых порядках 2-й танковой дивизии, по радио открытым текстом отправил донесение в штаб 8-й Армии: «Помогите, окружен» [10.С.47]. Учитывая формирующееся кольцо окружения вокруг 2-й танковой дивизии, генерал-майор Е.Н. Солянкин вечером 25 июня 1941 г. отдал своим частям приказ – идти на прорыв на север.

В ночь с 25 на 26 июня 1941 г. и до 12.00 26 июня оставшиеся части 2-й танковой дивизии с боями прорывались через фронт 1-й танковой и 36-й моторизованной дивизий XLI-го моторизованного корпуса противника. Однако удалось прорваться немногим, большая часть шедших на прорыв погибли. Среди погибших был и командир 2-й танковой дивизии генерал-майор танковых войск Е. Н. Солянкин.

В 18.15 26 июня 1941 г. командование 4-й танковой группы направило в штаб группы армий «Север» донесение: «Танковое сражение восточнее Расейняй победно завершено. … В ходе боев 6-я танковая дивизия остановила удар превосходящего в силах и материальном обеспечении противника через Дубиссу, снова перешла в контратаку и во взаимодействии с 1-й танковой и 269-й пехотными дивизиями завершила его уничтожение. Всего было захвачено и уничтожено: более 200 танков, из них 29 тяжелых, более 100 всевозможных орудий и многие сотни легковых и грузовых автомобилей» [10.С.50].

К 26 июня 1941 г. штаб 8-й Армии и штаб Северо-Западного фронта не располагали достоверными сведениями о действительном положении дел в районе Расейняя и состоянии 2-й танковой дивизии. Так, в 22.00 26 июня 1941 г. командующий войсками Северо-Западного фронта отдал боевое распоряжение командующему войсками 8-й Армии, 12-го и 3-го мехкорпусов на организацию выхода 2-й танковой дивизии из окружения, в котором говорилось следующее:

«2-я танковая дивизия находится в окружении без горючего и может погибнуть.

…[Следует] подготовить один крепкий танковый батальон из ваших дивизий и вместе с ним взять горючее и снаряды; тщательно подготовить этот батальон; ударом на Россиены по тылу противника, к которому подобраться внезапно, обеспечить дивизию горючим и помочь выбраться из окружения.

…Батальону начать действия утром 27.6.1941г.» [2.ЛЛ.352 – 353.]. Но выводить из окружения было уже некого – 2-я танковая дивизия как боеспособное соединение перестала существовать, отдельные группы из ее состава, кому удалось прорваться через позиции 1-й танковой и 36-й моторизованной дивизий противника, отходили на восток, потеряв практически всю материальную часть.

В качестве выводов из боевых действий танковых и механизированных частей 3-го мехкорпуса можно заключить следующее:

Боевые действия 2-й танковой дивизии в районе Расейняя не достигли первоначальной цели наступления – разгрома наступающей группировки немцев и выхода в район Таураге. Однако действия 2-й танковой дивизии задержали на трое суток наступление XLI-го моторизованного корпуса противника, в течение которых войска 8-й и 11-й Армий могли планомерно отступать, преследуемые из подвижных соединений только 8-й танковой и 3-й моторизованной дивизиями противника, так как 3-я танковая группа начала действовать в интересах группы армий «Центр», повернув свои соединения на юг, тем самым формируя северный фас Белостокского «котла».

Также можно отметить в целом успешные боевые действия 5-й танковой дивизии под командованием полковника Ф.Ф. Федорова, части которой на двое суток смогли сдержать продвижение 7-й и 20-й танковых дивизий противника у Алитуса, что позволило войскам 11-й армии начать планомерное отступление на восток, в направлении г. Полоцк.

84-я моторизованная дивизия 3-го мехкорпуса, показала низкую боеспособность.


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:
1. Боевой приказ командующего войсками 8-й армии №01 на нанесение контрударов с утра 23 июня 1941г.//Центральный Архив Министерства Обороны РФ (ЦАМО РФ). Ф.344 (8-й Армии). Оп. 2759сс.Д.4.ЛЛ.2,3.
2. Боевое распоряжение командующего войсками Северо-Западного фронта командующему войсками 8-й армии, 12-го и 3-го механизированных корпусов на организацию выхода 2-й танковой дивизии из окружения//ЦАМО РФ.Ф.221 (Северо-Западный фронт). Оп. 2467 сс. Д.39. ЛЛ.352 – 353.
3. Гот Г. Танковые операции. Пер. с нем. – М.,1996. 163с.
4. Дашичев В.И. «Совершенно секретно! Только для командования!» Стратегия фашисткой Германии в войне против СССР. Документы и материалы. – М.: Наука,1967. 752с.
5. Донесение командующего войсками Северо-Западного фронта от 22.06.41г. Народному комиссару обороны о прорыве крупных танковых и моторизованных сил противника на Друскеники и о мероприятиях командования фронта по организации разгрома тильзитской группировки противника//ЦАМО РФ.Ф.221 (Северо-Западный фронт). Оп.2467сс. Д.39. ЛЛ.123 – 124.
6. Донесение Народному комиссару обороны об обстановке на 22 часа 22 июня 1941г.//ЦАМО РФ.Ф.221(Северо-Западный фронт). Оп.2467сс.Д.39.ЛЛ.171 – 175.
7. Доклад 3-й танковой группы в штаб группы армий «Центр»//ЦАМО РФ.Ф.500.(Переводы трофейных документов).Оп.12462.Д.118.Л.2.
8. Журнал боевых действий группы армий «Север»//ЦАМО РФ.Ф.500.(Переводы трофейных документов).Оп.12462.Д.50.Л.32.
9. Исаев А.В. Иной 1941. От границы до Ленинграда. – М.: Яуза,Эксмо, 2011.416с.
10. Коломиец М. 1941: Бои в Прибалтике 22 июня – 10 июля 1941 года//Фронтовая иллюстрация 2002, №5. С. 31,34,40,44,47,50.
11. Оперативная сводка штаба Северо-Западного фронта №5 к 22 часам от 24 июня 1941г. о ходе боевых действий войск фронта 23 и 24 июня 1941г.//ЦАМО РФ.Ф.221. (Северо-Западный фронт). Оп.2467сс.Д.39.ЛЛ.325 – 327.
12. Старший сержант против генерал-полковника. //Военно-исторический журнал и историко-технический журнал «Полигон» 2002, №3. С.33.48с.
13. Рассекреченное лето 1941г. Сборник документов и материалов/Сост. А.П. Аристов. – М.:СВГБ, 2011.352с.
14. Сведения о боевом и численном составе механизированных корпусов ПрибВО к 20 июня 1941г.//ЦАМО РФ. 221. (Северо-Западный фронт).Оп.1376.Д.17.Л.117.
15. Сведения о боевом составе 3-го механизированного корпуса по состоянию на 20 июня 1941г.//ЦАМО РФ. Ф.3005.(5-й танковая дивизия).Оп.1.Д.23.Л.117,ЛЛ.5 – 10.
16. Сведения о боевом составе и потерях 23-й танковой дивизии 12-го механизированного корпуса с 22 июня по 7 июля 1941г.//ЦАМО РФ.Ф. 3447.(12-й мк).Оп.1.Д.66.ЛЛ.12 – 23.
17. Сведения о боевом составе и потерях 28-й танковой дивизии 12-го механизированного корпуса с 22 июня по 7 июля 1941г.//ЦАМО РФ.Ф.3447.(12-й мк).Оп.1.Д.67.ЛЛ.12,15,23.
18. Сведения о боевом составе и потерях 202-й моторизованной дивизии 12-го механизированного корпуса с 22 июня по 7 июля 1941г.//ЦАМО РФ.Ф.3447.(12-го мк).Оп.1.Д.66.ЛЛ.12 – 23.
19. Сборник боевых документов Великой Отечественной войны.Вып.34. – М.: Воениздат,1953.338с.
20. Haupt W. Die 8 Panzer-Division im Zweiten Weltkrieg. Friedberg. Podzun-Pallas-Verlag.1987.S.416.


©  А.С. Кулагин, Журнал "Современная наука: актуальные проблемы теории и практики".
 

 

 

  1. Comments (0)

  2. Add yours

Comments (0)

There are no comments posted here yet

Leave your comments

Posting comment as a guest.
Attachments (0 / 3)
Share Your Location
Type the text presented in the image below
 
SCROLL TO TOP

 Rambler's Top100 @Mail.ru