VIP Studio ИНФО Палеогеографические и палеогеодинамические условия формирования рифей-вендского осадочного бассейна юга Сибирской платформы в связи с его нефтегазоносностью
levitra bitcoin

+7(495) 123-XXXX  Moscow RF

Magazines

  • Серия
  • Серия
  • Серия
  • Серия
  • Журнал
  • Журнал
  • Журнал
  • Журнал
  • Серия


    Серия "Гуманитарные
    науки"

  • Серия


    Серия
    "Экономика
    и Право"

  • Серия


    Серия
    "Естественные и
    Технические науки"

  • Серия


    Серия
    "Познание"

  • Журнал


    Журнал
    "Минеральные
    ресурсы России"

  • Журнал


    Журнал
    "Геология
    Нефти и Газа"

  • Журнал


    Журнал
    "Маркшейдерия и
    Недропользование"

  • Журнал


    Журнал
    "Земля Сибирь"

There is no translation available.

О.В. Постникова, Л.Н. Фомичева, Л.В. Соловьева,  (РГУ нефти и газа им. И.М.Губкина)

Журнал «Геология Нефти и Газа» # 2008-1
 

 

Oсновные месторождения нефти и газа, открытые на территории юга Сибирской платформы, приурочены к различным стратиграфическим уровням рифея, венда и кембрия (рис. 1, 2).

Увеличение ресурсной базы УВ в регионе возможно за счет вовлечения в сферу экономических интересов очень слабоизученных, но обладающих уже доказанными высокими перспективами отложений позднего рифея. Эти отложения относительно хорошо изучены лишь в пределах локальных участков Юрубчено-Тохомской зоны Байкитской антеклизы. На остальной территории Сибирской платформы они остаются крайне слабо и неравномерно исследованными как по разрезу, так и по площади.

 

Рис. 1. РАСПРЕДЕЛЕНИЕ УРОВНЕЙ ПРОМЫШЛЕННОЙ НЕФТЕГАЗОНОСНОСТИ В ОСАДОЧНОМ ЧЕХЛЕ ЗАПАДА СИБИРСКОЙ ПЛАТФОРМЫ
Залежь: 1 – нефтегазовая, 2 – газовая, 3 – газоконденсатная; промышленный приток: 4 – газа, 5 – нефти; приток: 6 – газа, 7 – нефти, 8 – воды; 9 – отсутствие отложений; 10 – фундамент; 11 – рифейский нефтегазоносный подкомплекс; 12 – продуктивные горизонты

 
 

Рис. 2. РАСПРЕДЕЛЕНИЕ УРОВНЕЙ ПРОМЫШЛЕННОЙ НЕФТЕГАЗОНОСНОСТИ В ОСАДОЧНОМ ЧЕХЛЕ ЗАПАДНОЙ ЯКУТИИ
Усл. обозначения см. на рис. 1

 

Промышленные притоки УВ из отложений позднего рифея, кроме установленных в пределах Байкитской антеклизы, были получены в поисково-разведочных скважинах на склонах Алданской антеклизы и в Березовской впадине. Скопления УВ и промышленные притоки в разных структурных зонах платформы приурочены к различным стратиграфическим уровням позднего рифея. В пределах Байкитской антеклизы залежи УВ отмечены в отложениях добайкальского рифея, в пределах Иркинеево-Чадобецкого и Березовского авлакогенов притоки газа получены из отложений байкалия. Стратиграфическая привязка притоков нефти из отложений рифея на склонах Алданской антеклизы остается весьма проблематичной.

В связи с неравномерной и в целом недостаточной изученностью бурением и сейсморазведочными работами осадочного чехла Сибирской платформы, закономерности распространения рифей-вендского осадочного бассейна и приуроченных к нему нефтегазоносных комплексов остаются в значительной мере неисследованными.

Успешность освоения ресурсов УВ, содержащихся в рифей-вендских отложениях, связана, в первую очередь, с созданием современных геологических моделей строения и реконструкций условий формирования рифей-вендских осадочных бассейнов на разных стадиях их геодинамического развития.

В докембрийской геодинамической истории юга Сибирской платформы выделяются несколько основных рубежей: раннерифейский (1700 млн лет), позднерифейский – добайкальский (1 млн лет), позднерифейский – байкальский (850 млн лет), ранневендский (630 млн лет), поздневендский (580 млн лет), в значительной степени определивших условия формирования и эволюцию осадочных бассейнов и повлиявших на условия осадконакопления. Важнейшим событием в истории развития Сибирской платформы в раннерифейское время является раскрытие континентальных рифтов, положившее начало формированию рифейских осадочных бассейнов. Позднерифейский этап развития ознаменовался началом раскрытия Палеоазиатского океана, омывавшего Сибирский кратон с запада и юга [2]. На северо-востоке кратона сформировались пассивные окраины Палеотихого океана. Раскрытие Палеоазиатского океана привело к трансформации основной массы внутриконтинентальных рифтов в окраинно-континентальные (Касско-Канский и Байкало-Вилюйский и др.), которые и сформировали пассивные окраины Сибирского кратона.

 

Рис. 3. ПАЛЕОГЕОГРАФИЧЕСКАЯ СХЕМА РИФЕЙСКОГО (ДОБАЙКАЛЬСКОГО) (А),
ПОЗДНЕРИФЕЙСКОГО (БАЙКАЛЬСКОГО) (Б) И РАННЕДЕВОНСКОГО (В) ОСАДОЧНЫХ БАССЕЙНОВ ЮГА СИБИРСКОЙ ПЛАТФОРМЫ
Зоны морской седиментации: 1 – дельтовой равнины, 2 – крайнего мелководья, 3 – мелководного шельфа, 4 – глубоководного шельфа, 5 – распространения рифовых построек; 6 – границы палеосуши; литологический состав палеосуши: 7 – карбонатные отложения байкальского возраста, 8 – терригенные отложения байкальского возраста, 9 – карбонатные отложения рифейского (добайкальского) возраста, 10 – магматические и метаморфические породы кристаллического фундамента; 11 – изопахиты; 12 – скважины

 

В южной части Сибирской платформы в это время происходит становление обширнейшего эпиконтинентального морского бассейна, разделенного Ангаро-Анабарской палеосушей (рис. 3, А). Осадочный бассейн, расположенный к западу от палеосуши, контролировался Касско-Канской окраинно-континентальной рифтовой системой и ее внутриконтинетальными ветвями (Куюмбинский, Иркинеево-Чадобецкий и Ковинский рифты). На востоке и юго-востоке образование осадочного бассейна контролировалось Байкало-Вилюйским и Юдомо-Майским окраинно-континентальными рифтами и их внутриконтинетальными ветвями: Ыгыаттинским, Кемпендяйским, Талаканским [4]. Геоморфология дна осадочного бассейна определялась многочисленными надрифтовыми депрессионными зонами и разделяющими их выступами платформенных блоков. Бассейн осадконакопления представлял собой вытянутый в северо-восточном направлении океанский залив, который к концу позднего рифея на севере открылся в сторону морских бассейнов, образованных восточным палеоокеаном (Ыгыаттинско-Кемпендяйский морской бассейн). Границы морских бассейнов контролировались береговой линией Ангаро-Анабарской и Алданской палеосуш.

Байкитский платформенный блок был сформирован окраинно-континентальным Касско-Канским, внутриконтинентальными Куюмбинским, Иркинеево-Чадобецким рифтами, над которыми образовались морские достаточно узкие заливообразные бассейны. В пределах Байкитского платформенного блока в это время сформировалась обширная мелководная зона с отдельными островами. Мощность рифейских отложений в пределах Байкитской отмели изменяется в широких пределах – от 0 на своде до 1,5 км при погружении в обрамляющие его рифтовые прогибы. Наибольшие мощности отложений рифея, до 7 км и более, могут быть установлены в районах, где начиналось разрушение древнего кратона и закладывались Иркинеево-Чадобецкая и Куюмбинская рифтовые зоны.

Огромную роль в процессе осадконакопления играли цианобактериальные сообщества, которые определили текстурные и структурные особенности пород бассейна. Цианобактериальные биоценозы в пределах отмельных зон, располагавшихся на территории Байкитской антеклизы, слагали полициклические карбонатные, преимущественно доломитовые толщи, которые подвергались неоднократно размыву. На склонах отмельных поднятий располагались зоны, благоприятные для формирования строматолитовых органогенных построек. Относительно более глубоководные территории были приурочены к осевым частям палеорифтов, однако и здесь глубина бассейна была незначительной. Спокойный гидродинамический режим бассейна, отсутствие близрасположенных источников сноса терригенного материала, небольшая глубина, нормальная и слабоповышенная соленость, теплый климат привели к формированию огромной карбонатной платформы, сложенной реликтами цианобактериальных сообществ.

Березовская впадина в этот период представляла собой относительно пологий борт рифтовой структуры, ограничивавшей Алданскую сушу и располагавшейся в пределах современного Уджинского выступа. Наиболее погруженным частям палеобассейна в современном плане соответствует Уринский антиклинорий, Березовская и Кемпендяйская впадины. Мощность рифейских отложений здесь составляет 2-7 км.

На территории Предпатомского прогиба и Березовской впадины сформировался достаточно дифференцированный по глубине и геоморфологии морского дна бассейн осадконакопления. На склонах платформенных блоков формировались относительно грубозернистые песчанистые осадки, которые сменялись глинистыми и карбонатно-глинистыми в относительно более погруженных частях бассейна. К концу рассматриваемого периода времени, в связи с тем, что объем сносимого с Алданского блока терригенного материала резко сократился, его накопление сохранилось только на шельфовых территориях, примыкающих к Ангаро-Анабарской суше. Основная часть этого бассейна была захвачена карбонатной седиментацией, происходившей в условиях теплого мелководного моря, на отдельных участках которого, в зонах перегиба морского дна, формировались органогенные сооружения [1].

Бассейн осадконакопления в пределах Березовской впадины представлял собой вытянутый в северо-восточном направлении океанический залив, который к концу позднего рифея на севере открылся в сторону морских бассейнов, образованных восточным палеоокеаном (Ыгыаттинско-Кемпендяйский морской бассейн). В предбайкальское время в центральной части Сибирской платформы располагалось обширнейшее Ангаро-Анабарское палеоподнятие, вытянутое в северо-восточном направлении, основная часть которого была равнинной, слаборасчлененной сушей, окруженной рифтогенными узкими морскими глубоководными бассейнами. Возможно, в ранне- и среднерифейское время суша представляла собой единый остров, который к концу рифея в районе современной Сюгджерской седловины был разделен проливом на два острова. Конфигурация и размеры суши определялись деструктивным развитием рифтовых бассейнообразующих разломов. Конкретное расположение палеосуши в бассейне устанавливается по зоне отсутствия рифейских отложений. В ее пределах вендские отложения залегают либо на поверхности кристаллического фундамента в наиболее приподнятых ее частях (Верхнечонская, Преображенская, Даниловская площади), либо на поверхности нижневендских отложений (Ярактинская, Аянская, Дулисьминская, Марковская площади). Палеосуша обладала довольно пологими склонами, о чем свидетельствует постепенное наращивание мощностей нижневендских отложений по направлению к более погруженным ее частям. Островная суша была сложена гранитоидами, вскрытыми многочисленными скважинами по всей территории Непско-Ботуобинской антеклизы. Склон, обращенный в сторону Байкало-Вилюйского рифта, где располагался океанический залив Палеоазиатского океана, был осложнен узкими фиордоподобными заливами, наследующими направления рифтов и конфигурацию грабенообразных прогибов, ортогональных к основному направлению Байкало-Вилюйского рифта. Подобного рода структуры вскрыты в пределах Талаканской площади в скв. 803. С восточного склона Ангаро-Анабарской суши в морской бассейн интенсивно сносились огромные массы осадочного материала. Основным источником сноса служили северо-восточные части суши, геоморфология которых представляла собой в значительной степени сильно изрезанный горный рельеф с многочисленными узкими долинами, спускавшимися к морю. Склон палеосуши в южной части имел форму уступа и протягивался до современных границ Сибирской платформы. Ангаро-Анабарская палеосуша на протяжении всего рифейского периода служила постоянным источником сноса.

Наиболее крупным и устойчивым во времени выступом фундамента является Алданский щит, состоящий из Алданского и Станового мегаблоков. К предбайкальскому времени южная часть Алданского мегаблока представляла собой остров, подвергавшийся интенсивному разрушению. На северной и восточной частях острова образовалась шельфовая зона, покрытая мелководным морским бассейном. Подтверждением того, что южная часть Алданского щита не была покрыта морем, является залегание отложений байкалия (жуинская серия) на породах архейского фундамента в верхнем течении р.Амги.

В конце позднего pифея начинается общий подъем территории, обусловленный столкновением с Сибирским кратоном вулканических дуг и микроконтинентов по всему контуру границы кратона (см. рис. 3, Б). С этим рубежом связано резкое увеличение вулканической активности, интенсивно проявившейся в сравнительно узкой полосе вдоль современной западной и южной окраин древнего континента. В это время отмечается реактивизация раннерифейских рифтовых систем, когда по разломам, ограничивающих рифтовые зоны, происходили резкое опускание блоков, соответствующих центральным частям рифтов, и резкое воздымание межрифтовых блоков. Эти процессы привели к интенсивному размыву отложений рифея и пенепленизации территории суши.

В результате байкальской тектонической активизации (750-850 млн лет), проявившейся дифференцированными тектоническими движениями в различных геодинамических блоках, площадь морских бассейнов резко сократилась (см. рис. 3, Б). Платформенные блоки и примыкающие к ним территории испытали резкий подъем. Осадконакопление сконцентрировалось в зонах надрифтовых депрессий, в узких заливообразных бассейнах, где накапливались мощные молассовые, терригенно-карбонатные толщи байкальского комплекса. Основными источниками сноса служили острова, расположенные в пределах Байкитского платформенного блока, Касского, Канского, Баргузинского, Станового микроконтинентов, Ангаро-Анабарской и Алданской палеосуш.

В начале байкалия произошли резкие климатические перестройки, в результате которых часть территории покрылась ледниками, просуществовавшими относительно недолго и в процессе таяния значительно преобразовавшими поверхности платформенных поднятий, сформировав крупные эрозионные врезы.

На западном борту Касско-Канской рифтовой зоны, разделившей Байкитский блок и Касский микроконтинент, происходило формирование орогена, сопровождавшееся интенсивным осадконакоплением красноцветных и пестроцветных отложений, образующих чингасанскую и тасеевскую молассу. В основании чингасанской серии залегают тиллитовидные валунные конгломераты, абсолютный возраст которых датируется в 747 млн лет [3]. Тасеевские молассы распространены только на западе исследуемой территории, в зонах сопряжения складчатой области и древнего края Сибирской платформы, где они заполняли широкие, вытянутые окраинные депрессии. Основными источниками сноса служили Касская, Канская и Байкитская системы островов. В этих депрессиях накапливались мощные красноцветные, преимущественно терригенные отложения полимиктового состава. В пределах бассейна, сформированного внутриконтинентальными Иркинеево-Чадобецкой и Ковинской рифтовыми системами, мощность отложений байкалия изменяется от первых сотен метров на бортах до 700 м в центральной части. Отложения тасеевской серии трассируют границы рифтогенного осадочного бассейна, который существовал здесь в раннерифейское время.

На юге, юго-востоке и востоке морские бассейны сохранялись в пределах рифтовых зон Присаянья, Прибайкалья, Предпатомья, а также Кемпендяйского и Ыгыаттинского рифтов. В этих структурных зонах мощность отложений байкалия достигает 2,5 км. На севере Предпатомского прогиба в это время формирование отложений жуинской серии происходило в бассейне, ограниченном с северо-запада и северо-востока Ангаро-Анабарской и Алданской сушей. В открытой и относительно погруженной части бассейна в условиях прибрежных зон накапливались терригенные осадки: зеленовато-серые пестроцветные песчаники и алевролиты с многочисленными седиментационными структурами, свидетельствующими о мелководных условиях образования.

В зоне мелководного шельфа, разделяющего прибрежную зону и относительно более погруженную часть бассейна, примыкающую к Байкало-Витимскому поднятию, формировались строматолитовые биогермные постройки, которые протягивались на десятки километров в виде достаточно широкого пояса. Байкало-Витимское поднятие представляло собой островную сушу, поставлявшую обломочный материал в прилегающие надрифтовые депрессии.

Определяющими факторами для формирования бассейна осадконакопления в Предбайкалье явились начало субдукции океанического блока под континентальный и наползание Баргузинского и, возможно, Станового микроконтинентов на край Ангаро-Анабарской палеосуши. В результате протекавших аккреционно-коллизионных процессов Прибайкалье превратилось в раздробленную, интенсивно размывавшуюся сушу, которая явилась источником для накопления мощных молассовых отложений (голоустенская, улунтуйская и качергатская свиты). В Прибайкалье, в основании байкальского комплекса (джемкуканская свита), обнаружены валунно-галечные конгломераты ледниковой природы [3], что подтверждает резкое похолодание климата и образование ледниковых покровов в этот период.

К началу венда (620-630 млн лет) вокруг Сибирского кратона сформировалась пассивная континентальная окраина, сложенная аккреционно-коллизионным орогенным комплексом, в который входили довендские структуры различной геодинамической природы: микроконтиненты, островные дуги, задуговые и преддуговые бассейны (Хоментовский В.В., Гордиенко И.В., 2004; 2006). Эти орогенные комплексы с запада и юго-востока отгораживали платформенный морской бассейн от Палеоазиатского океана и служили источниками сноса для формирующихся передовых прогибов.

В начале раннего венда с юго-запада, юга и юго-востока происходит трансгрессия морского бассейна на территорию южной части Сибирского кратона (см. рис. 3, В). В этот период продолжается коллизия микроконтинентов и островных дуг к кратону. Микроконтиненты и внутрикратонные палеосуши служили основными источниками осадочного материала, откладывавшегося на склонах поднятий, в руслах речных долин и мелководного шельфа. Палеосуши сохранились в наиболее приподнятых частях Непско-Ботуобинской, Алданской и Байкитской антеклиз, на территории Катангской седловины. В пределах этих поднятий размыву подвергались разные по составу породы. В пределах Байкитской антеклизы суша была сложена карбонатными породами, а в пределах других островов источники сноса поставляли большие объемы терригенного материала.

Основной объем обломочного материала, сносимого с Ангаро-Анабарской суши, накапливался в пределах формирующегося Предпатомского передового прогиба. Мощность нижневендских отложений меняется от 1 км в Прибайкалье до полного выклинивания на склонах платформенных поднятий. С востока, со стороны расположенного на востоке палеоокеана, трансгрессия морского бассейна на Сибирский кратон осуществлялась через Ыгыаттинский и Кемпендяйский проливы. Возможно, что в это время эти проливы уже были разделены Сунтарским поднятием. Отсутствие нижневендских отложений на территории Березовской впадины и Алданской антеклизы обусловлено общим подъемом Алданского блока фундамента в результате байкальского тектоногенеза.

С начала позднего венда Сибирская платформа вступила в платформенный этап развития, ознаменовaнный крайне стабильным тектоническим режимом, в условиях которого во внутренних районах платформы развивались мелководные морские бассейны преимущественно с карбонатным режимом осадконакопления.

Описанные палеогеодинамические и палеогеографические события протерозойской и раннепалеозойской истории Сибирской платформы определили морфологию, границы распространения и внутреннюю структуру рифей-вендского осадочного бассейна и приуроченных к нему нефтегазоносных комплексов. Проведенные палеогеографические реконструкции позволили установить, что рифейский нефтегазоносный комплекс, включающий отложения добайкальского рифея, распространен в западных и восточных районах платформы. Его промышленная нефтегазоносность доказана на западе в пределах Юрубчено-Тохомской зоны; востоке платформы – в пределах палеорифтовых структур Березовской, Кемпендяйской, Ыгыаттинской, Нюйско-Джербинской впадин – отложения комплекса скважинами глубокого бурения не вскрыты, однако они могут обладать достаточно высокими потенциальными ресурсами. Литологический состав коллекторской части комплекса будет существенно иным, чем в западных районах, и представлен преимущественно терригенными отложениями.

Палеогеографическая реконструкция байкальского палеобассейна позволила уточнить стратиграфический объем непско-тирского (рифей-вендского) нефтегазоносного комплекса в различных структурных зонах бассейна. Так, в пределах палеорифтовых депрессий объем этого комплекса резко увеличивается за счет молассовых отложений. В пределах платформенных блоков стратиграфический объем и число продуктивных горизонтов существенно сокращаются за счет отсутствия здесь отложений байкалия. Палеогеографическая реконструкция нижневендского бассейна позволила установить отсутствие на территории Байкитской и Алданской антеклиз нижневендской части непско-тирского нефтегазоносного комплекса. Терригенные продуктивные горизонты, с которыми связаны основные выявленные ресурсы УВ, развиты только в пределах Непско-Ботуобинской антеклизы и Ангаро-Ленской моноклинали.

Таким образом, основные потенциальные ресурсы УВ в рифей-вендском осадочном бассейне будут сосредоточены в пределах палеорифтовых депрессий и сопряженных склонах платформенных блоков.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:
1. Хабаров Е.М. Строение и условия формирования верхнерифейской рифогенной формации Жуинско-Патомского прогиба // Сб. тр. инст. Геологии и геофизики СО АН СССР. Проблемы литостратиграфии и структурной геологии, 1982.
2. Хаин В.Е. Урало-Монгольский пояс Муратова: происхождение и соотношение со смежными подвижными поясами // Бюл. Моск. об-ва Испытателей природы. Отд. геол. – 1998. – Т. 73. – Вып. 5.
3. Хоментовский В.В. Стратиграфия. Байкалий Сибири // Геология и геофизика. – 2002. – T. 43. – № 4.
4. Хоментовский В.В. Неопротерозойская история развития Байкало-Вилюйской ветви Палеоазиатского океана / В.В.Хоментовекий, А.А.Постников // Геотектоника. – 2001. – № 3.


©  О.В. Постникова, Л.Н. Фомичева, Л.В. Соловьева, Журнал "Геология Нефти и Газа" - 2008-1.
 

 

 

SCROLL TO TOP
viagra bitcoin buy

������ ����������� �������@Mail.ru