viagra super force

+7(495) 123-XXXX  г. Москва

Выпуски журналов

  • Серия
  • Серия
  • Серия
  • Серия
  • Журнал
  • Журнал
  • Журнал
  • Журнал

Н.В. Козинец,  (Аспирант, Московский государственный юридический университета имени О.Е. Кутафина, МГЮА)

Серия «Экономика и Право» # 3  2016

Трансграничная электронная торговля
Настоящая статья посвящена вопросам признания электронной подписи при удостоверении действий в сфере трансграничной электронной торговли. При регулировании отношений, возникающих в сфере трансграничной электронной торговли, остро встает вопрос о действительности электронных документов, что приводит к необходимости использования электронной подписи, а также к вопросу ее признания. Для решения данного вопроса необходимо тщательное изучение существующих Типовых законов ЮНСИТРАЛ, моделей определения электронной подписи, предложенных данными документами. Одновременно с этим требуется понимание целей и задач Типовых законов – гармонизация национальных правовых систем, из чего вытекает необходимость изучения основных вариантов признания электронной подписи на примере разных стран. В статье с учетом анализа документов ЮНСИТРАЛ, законодательства ЕС, США и РФ, а также доктринальных подходов исследуются особенности признания электронной подписи, гармонизации национальных правовых систем в данной сфере отношений.

Ключевые слова: Трансграничная электронная торговля, электронная подпись, lex informatica, применимое право, иностранный элемент, дистанционное подписание документов.

 

Стремительное развитие международных экономических отношений и глобализация торговли приводят к внедрению новых инструментов, позволяющих оптимизировать и ускорять процессы ведения трансграничной коммерческой деятельности. Именно с учетом особенностей становления и развития сети Интернет перед мировым сообществом встала острая задача по регулированию и верификации торговых отношений, возникающих в трансграничном электронном пространстве. Так, в целях наиболее четкого регулирования электронной торговли и эффективной реализации механизмов электронного обмена данными (в широком понимании), а также активного использования сообщения данных в контексте электронного документооборота Организация Объединенных Наций был предложен механизм, позволяющий решить проблему удостоверения электронных документов и действий.

Хронологически первым рекомендательным актом, в котором предлагалось регулирование электронной подписи, как механизма волеизъявления субъектов права в контексте электронной торговли стал Типовой закон ЮНСИТРАЛ «Об электронной торговле» 1996 г., который в ст. 7 (Подпись) закреплял правила о придании юридической силы электронным подписям в отношении сообщений данных в контексте электронной торговли. В соответствии с вышеуказанной статьей для действительности электронной подписи необходимо выполнение двух условий: «a) использован какой-либо способ для идентификации этого лица и указания на то, что это лицо согласно с информацией, содержащейся в сообщении данных; b) этот способ является как надежным, так и соответствующим цели, для которой сообщение данных было подготовлено или передано с учетом всех обстоятельств, включая любые соответствующие договоренности».

С течением времени под влиянием Типового закона ЮНСИТРАЛ «Об электронной торговле» с 1996 по 2000 гг. был принят ряд национальных законов об электронных подписях в различных странах, в частности в США (Федеральный закон США The Electronic Signatures in Global and National Commerce Act (E-Sign Act) of 2000), а также  в Европе (в Германии Gesetz zur Digitalen Signatur BT-Drs. 13/7934 vom 11.06.1997., Италии Italian Electronic Document and Digital Signature Act 1997 (Legge Bassanini, 59/1997), Испании, Голландии, Финляндии, во Франции, в Швеции и во многих других странах). В 1999 г. Европейским союзом была принята Директива N 1999/93/ЕС "Об общих условиях использования электронных подписей в Сообществе (Directive on a Community framework for electronic signatures), которая как и E-Sign Act в США была направлена на обеспечение единообразия в понимании категории "электронная подпись" и обеспечение их взаимного признания европейскими странами [2].

При проведении анализа положений, обозначенных выше национальных нормативно-правовых актов показывает, можно выдели три основных модели регулирования электронных подписей [7], [8]:

    1. правовая система привязывает регулирование электронных подписей к использованию определенной технологии, которая признается достаточно надежной. Электронные подписи, не использующие такую технологию, не признаются действительными. Примерами этой модели являются Германия, Италия, Малайзия и до недавнего времени - Россия;

    2. модель, предполагающая технологически нейтральное регулирование электронных подписей, направленное на устранение существующих барьеров к использованию электронных документов. В этой модели стороны сами определяют степень надежности подписи и технологию, используемую для ее создания. Данный подход применяется в США, Канаде;

    3. сочетание вышеуказанных подходов, в котором электронные подписи признаются легитимными в принципе, но существует особый привилегированный вид электронных подписей, отвечающий определенным критериям. Данный подход отражен в Директиве ЕС N 1999/93/EC «Об электронных подписях» [6] и с недавнего времени - в России.

Однако с учетом различных национальных подходов к вопросам регулирования электронных подписей в контексте электронной торговли, а также явной недостаточности положений ст. 7 Типового закона Юнситрал «Об электронной торговле» 12 декабря 2001 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией № 56/80 приняла Типовой закон «Об электронных подписях», который воплотил в себе технологически нейтральный подход к регулированию электронных подписей. Целью обозначенного документа было создание необходимых правовых условий для использования электронных подписей. В законе презюмировалось правило, согласно которому электронные подписи, удовлетворяющие определенным критериям технической надежности, считаются эквивалентными собственноручным подписям.

Понятие электронной подписи было дано в п. А ст. 2 Типового закона «Об электронных подписях», согласно которому электронная подпись означает данные в электронной форме, которые содержатся в сообщении данных, приложены к нему или логически ассоциируются с ним и которые могут быть использованы для идентификации подписавшего в связи с сообщением данных и указания на то, что подписавший согласен с информацией, содержащейся в сообщении данных.

С целью изучения видов электронной подписи, стоит отметить, что из проекта Типового закона было исключено понятие электронной подписи с высокой степенью защиты, а именно тако требование закреплено в законодательстве Российской Федерации - через обязательное требование криптографического преобразования информации с использованием закрытого ключа электронной цифровой подписи в ст. 3 Федерального закона от 10 января 2002 г. N 1-ФЗ "Об электронной цифровой подписи", утратившим силу с 1 июля 2013 года, на смену которому пришел Федеральный закон от 06.04.2011 N 63-ФЗ "Об электронной подписи", который уже установил два основных вида электронных подписей, - простую и усиленную (ст. 5). Типовой закон закрепил лишь общие для всех видов электронной подписи правила, что видится довольно прогрессивным решением. Данный подход был оправдан тем, что развитие инфраструктуры публичных ключей с участием трех сторон соответствует только одной из возможных моделей, в то время как на практике могут использоваться и иные модели (например, когда независимый сертификационный орган не участвует в данных отношениях или же одновременно выступает как полагающаяся сторона либо функцию сертификации выполняют различные субъекты) [3].

Законодательство, основанное на Типовом законе, было принято в ряде государств, среди которых Китай, Таиланд, Руанда, Мексика, Объединенные Арабские Эмираты и др. Законодательство, содержащее базовые принципы Типового закона, принято в Коста-Рике, Никарагуа, Индии [4].

При более детальном рассмотрении вопросов трансграничной электронной торговли и использования электронных подписей необходимо отметить, что существенное значение в данной сфере имеет порядок признания иностранных электронных подписей и иностранных сертификатов [5]. В отечественной доктрине превалирует позиция и о том, что признание иностранных электронных подписей и иностранных сертификатов является одной из основных целей  Типового закона «Об электронных подписях» [1]. На основе различных гармонизирующих и непосредственно нормативных подходов можно выделить ряд основных подходов к решении этого вопроса:

    1. международный, закрепленный в ст. 12 Типового закона «Об электронных подписях» и базирующийся на критерии эквивалентного уровня надежности сертификата или электронной подписи (в государстве происхождения и государстве признания соответствующего электронного документа) с учетом признанных международных стандартов и соглашения сторон*;

* Из смысла положений Типового закона ЮНСИТРАЛ «Об электронных подписях», в частности ст. 12, следует, что закон при отсутствии международного договора может быть таким международным стандартом для определения надежности электронной подписи.

 

    2. европейский, реализованный в ст. 7 Директивы об электронных подписях ЕС, допускает признание квалифицированных сертификатов, выданных провайдером сертифицированных услуг (далее - ПСУ) третьих стран (не являющихся членами ЕС) в случае добровольной аккредитации ПСУ в государстве - члене ЕС, гарантии сертификата ПСУ государства - члена ЕС либо при наличии соглашения о признании сертификатов или ПСУ между государством - членом ЕС и третьими странами или международными организациями;

    3. американский, выраженный в ст. 301 Закона об электронных подписях в глобальной и национальной коммерции, заключается в передаче уполномоченному органу функций содействия признанию электронных подписей с учетом принципов недискриминации иностранных электронных подписей, права сторон избирать приемлемые технологии аутентификации и доказывать в суде их действительность;

    4. подход, реализованный СНГ в ст. 20 (1) Модельного закона СНГ "Об электронной цифровой подписи", допускающий признание иностранной электронной цифровой подписи, если она может быть проверена открытым ключом, имеющим иностранное свидетельство, выпущенное одной из стран СНГ, государством, с которым есть договор о признании таких свидетельств или иной договор, обеспечивающий равноценную безопасность электронных сообщений;

    5. российский подход, отраженный в ст. 7 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. N 63-ФЗ «Об электронной подписи». Согласно данному подходу электронные подписи, создаваемые в соответствии с нормами права иностранного государства и международными стандартами, в Российской Федерации считаются электронными подписями того вида, признакам которого они соответствуют.

Исходя из вышесказанного можно утверждать, что различные национальные правовые системы закрепляют разные подходы к иностранным электронным подписям в условиях отсутствия универсального международного договора в рассматриваемой сфере. Одновременно с этим приоритетными в обозначенном контексте представляются гибкие модели признания иностранной электронной подписи с обязательной реализацией принципа недискриминации иностранных электронных подписей (вытекающего из ст.12 Типового закона «Об электронных подписях»), права сторон избирать приемлемые способы аутентификации и доказывать в суде их действительность при безусловном соблюдении публичного порядка страны признания. Лишь в таком случае электронная подпись как оптимизирующий дистанционное подписание документов механизм будет способствовать развитию и популяризации трансграничной электронной торговли, прогрессивное будущее которой в обозначенном контексте представляется очевидным.

Обобщая деятельность ЮНСИТРАЛ в сфере признания электронной подписи, можно сделать вывод, что основной задачей рассмотренных типовых законов являлось способствование единообразию принципиальных подходов при разработке национальных законов в рассматриваемой области правоотношений.


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:
1. Дмитриева Г.К. Международное частное право. Учебник – М.: Проспект, 2012, 3-издание, стр. 353.
2. Савельев А.И. Электронная коммерция в России и за рубежом: правовое регулирование. Статут, 2014 г. СПС Консультант плюс., а также Филимонов К. В. Правовое регулирование формы договора в электронной коммерции // "Юрист", 2007, N 12. СПС Консультант плюс.
3. Шелепина Е.А. Международная унификация законодательства об электронном документообороте // "Журнал российского права", 2007, N 7. СПС Гарант.
4. Маковский А.Л., Хлестова И.О. Проблемы унификации международного частного права: монография (отв. ред. Маковский А.Л. , Хлестова И.О.). - М.: "Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ", 2013. СПС Гарант.
5. "Содействие укреплению доверия к электронной коммерции: правовые вопросы международного использования электронных методов удостоверения подлинности и подписания". издание ЮНСИТРАЛ 2007 г.
6. Official Journal. 13/12. 19.01.2000.
7. Savin A. EU Internet Law. Edward Elgar: Cheltenham. 2013. P. 71-75.
8. Spyrelli C. Electronic Signatures: A Transatlantic Bridge? An EU and US Legal Approach Towards Electronic Authentication // The Journal of Information, Law and Technology. 2002
 



© 
Н.В. Козинец, Журнал "Современная наука: актуальные проблемы теории и практики".
 

 

 

 
SCROLL TO TOP

 Rambler's Top100 @Mail.ru