levitra bitcoin

+7(495) 725-8986  г. Москва

Д.В. Семенов,  (К.ф.н., доцент, Нижегородский государственный лингвистический университет)

Серия «Познание» # 07  2018
Cпорт
    Статья посвящена социально-философскому анализу феномена спорта. По мнению автора, спорт перестал быть занятием профессионалов, для которых занятие им означает достижение определенного результата. Сегодня социокультурный статус спорта таков, что он не может изучаться только в плоскости физической культуры. Актуальность социально-философского рассмотрения феномена спорта обусловлена колоссальным гуманистическим потенциалом спорта, имеющим особое значение в XXI веке.

Ключевые слова: Cпорт, физическая культура, социально-философский анализ, социокультурный статус, гуманистический потенциал.

 

Необходимость социально-философского осмысления феномена спорта вызвана тем, что последний перестал быть уделом немногих профессиона­лов, для которых занятия спортом означают выполне­ние физических упраж­нений с целью достижения определенного ре­зультата. Социокультурный ста­тус спорта сейчас таков, что вопрос не может ограничиваться его рассмотре­нием только в плоскости физической культуры. Огромный эстетический, идеологический и, прежде всего, мировоззренческий потенциал спорта при­знается всеми и активно ис­пользу­ется в рамках любого культурно-историче­ского комплекса как значи­мый элемент формирования базовых структур об­щественного сознания, норм, ценностей, идеалов, придающих обществу век­тор развития.

Актуаль­ность социально-философского рассмотрения феномена спорта обусловлена колоссаль­ным гума­нистическим потенциалом спорта, имеющим особое значение в на­чале XXI века. Реабилитация гуманистиче­ского начала в культуре, идея целостного человека, в котором материальное пребывало бы в динамиче­ском единстве и равновесии с духовным, вновь становится насущной по­требностью.

Другой важный аргумент в пользу социально-философской рефлексии спорта связан с тем, что в нем заключен своеоб­разный культурный код той или иной цивилизации в концентрированном виде представляющий ее этос, и та, не всегда явная доминантная установка, которая носит общекультурный характер и стимулирует деятельность инди­вида во всех ее формах и проявле­ниях. Не случайно, что философия спорта, как отдельное направление в раз­витии этой базовой академической дисциплины, была пре­допределена свое­образной интеллектуальной революцией в Новом Свете, ко­торую осуще­ствили корифеи американской философии прагматизма, и пре­жде всего – Джон Дьюи (1859-1952).

Сущность прагматической философии заключается в переориентации соци­альной практики с абстрактных ме­тафизических схем, пытающихся ухватить и выразить всеобщее в человеке в виде некоей категории на еди­ничное, субъ­ективное и уникальное в нем. Бла­годаря чему конкретизируется социокуль­турный статус индивида, его роль и функции в социальной прак­тике. По существу, речь идет о реакции на избыточный онтологизм западной метафизики, подменяющей живую реальность - Понятием; протесте против «диктатуры идей», имеющей на Западе хри­стианскую генеалогию и ведущей к расколу самой человеческой природы с избыточным предпочтением иде­ального в ней. Прагматизм восстанавливает в правах человека «здесь и те­перь», в его конкретике и полноте. Это не могло не стимулировать интерес к социально-значимым формам его телесной активности. Для обнаружения по­следней спорт более чем инст­рументален.

Здесь стоит вновь обратиться к идеям философии прагматизма и ее не­сомненного лидера Д. Дьюи. С его точки зрения основная функция филосо­фии в общекультурном контексте заключается в том, чтобы быть источником просвещения, инстру­ментом распространения просветительский методик и технологий, своеоб­разной школой человеческой мысли. Предлагавшиеся им теоретические но­вации как бы сверялись с практикой обучения. Они были заданы тем, что он мыслил философию не как интеллектуальное изы­скание на потребу любо­зна­тельных умов, не как эстетическую игру, а «… как общую теорию образования»[1,с.297], тео­рию просвещения, инструмент обучения разумно­сти, без чего не может быть осмысленной жизни. Ведь «… жизнь – не просто пассивное су­ществование (если считать, что таковое вообще воз­можно), а де­ятельность, окружающая среда или обстановка – все то, что под­держивает эту деятель­ность или препятствует ей»[1,с.17].

    «Философия, - неоднократно подчеркивал он, - имеет двойную задачу: критика сущест­вующих целей по отношению к достигнутому уровню науки (при этом она указывает, какие ценности устарели при освоении новых ре­сурсов, а какие – просто сентиментальные мечты, поскольку отсутствуют средства их реализа­ции) и интерпретация результатов конкретных наук при­менительно к их бу­дущим общественным устремлениям. Без разработки об­разовательных экви­валентов предлагаемых стратегий невозможно добиться успеха, поскольку у философской теории нет лампы Аладдина, чтобы вы­звать к жизни те ценно­сти, которые она конструирует в мыслях» [1,с.297-298].

 Постановка проблемы спорта в его социально-философском измере­нии стиму­лирует поистине необозримые возможности для исследования этой и смеж­ных с ней тем. «Открывается возможность анализа вопроса о воз­можных и реаль­ных ценностных ориентирах личности, различных социаль­ных групп и обще­ства в целом по отношению к телесному бытию человека, об эволюции этой системы ценностей, о ее характере в рамках современной культуры и в бли­жайшем будущем. В связи с этим возникает необходимость в анализе различ­ных моделей физической культуры. Каждая такая мо­дель ха­рактеризуется тем, какая ценность тела (или наоборот, комплекс этих ценно­стей), служит ориентиром для социального субъекта (личности, соци­альной группы, общества в целом), определяет его отношение к телу, его по­ведение и даже стиль (образ) жизни. Особенно актуальным является вопрос о тех мо­делях соматической культуры, которые наиболее адекватны реалиям со­вре­менного общества и новым социально-культурным условиям XXI в.» [2,с.46].

Возвращаясь к теме целостного человека, столь значимой для развития культуры, стоит отметить, что спорт может выступать в качестве весьма ус­пешного индикатора аутентичности самого человека. Ибо через анализ спор­тивной активности можно исследовать границы, за пределами которых чело­век теряет характеристики принадлежности вида Homo Sapiens. Являясь сво­его рода экстремальной активностью человека, спорт как социокультурный феномен позволяет поставить вопрос о недопустимости воздействия искус­ственного в биологические характеристики самого чело­века. Эта проблема здесь решается в плоскости дискуссии вокруг использо­вания допинга в ка­честве искусственной стимуляции деятельности спорт­смена ради достижения неких сверхрезультатов.

Гуманная суть спорта состоит и в том, что он « … способствует актив­ной гражданской позиции, соединяет людей и обеспечивает доступ к техни­ческим сооружениям и общественным службам. Спорт является объединяю­щей силой, ведущей к солидарности посредством связей и отношений, осно­ванных на ценностях честной игры, взаимного уважения и толерантности» [3,с.10].

Таким образом, социально-философская постановка проблемы спорта позволяет очертить перспективу его гармоничного развития, которое должно осуществляться таким образом, чтобы сам человек не терял своих исходных морфологических признаков. Одновременно философское истолкование фе­номена спорта может по­зволить достичь более адекватного понимания его роли в формировании идеала но­вого человека – человека XXI века. Каким он должен быть? Каким ценностям он должен быть привержен? Наконец, насколько такой идеал мо­жет быть универсальным и иметь общечеловече­ское значение? Потребность в послед­нем тем более актуальна в контексте проблем глобализации и интен­сивного взаимодействия различных культур современного взаимозависимого мира.

Появление отдельной гуманитарной дисциплины под названием «фи­лософия спорта» связано с достаточно интенсивным интеллектуальным дви­жением, происходившим в Северной Америке на рубеже шестидесятых-се­мидесятых годов XX века, суть которого в реабилитации человеческого в от­ношении к метафизическому. Как указывает амери­канский ученый, специа­лист в области спортивной психологии У. Морган «… решающую роль в академическом де­бюте философии спорта сыграли два события. Первым было появление ис­следований спорта из старой и сложив­шейся области фи­зического воспита­ния. Если традиционное физическое вос­питание основыва­лось исключи­тельно на медицинских и педагогических ис­следованиях физи­ческой актив­ности и спорта, то новая, зарождавшаяся об­ласть спортивных исследований преследовала более амбициозные интеллек­туальные цели, до­полняя тради­ционные медицинские и педагогические ис­следования фило­софскими, исто­рическими и социологическими. Это оттес­нение науки и пе­дагогики как ос­новных направлений работы сделало воз­можным изучение культурных и ис­торических контекстов спорта. В этом от­ношении публика­ции «Движения и значения» (1968) Элеанор Метени и «Че­ловек, спорт и су­ществование» (1967) Говарда Слашера застолбили место философии спорта в этой новой многообещающей области исследований» [4,с.147].

Гуманизация философского дискурса нашла свое вы­ражение в реаби­литации интереса к философскому осмыслению спорта. Одним из знаковых событий здесь стало появление книги Пола Вейса «Спорт: философское ис­следование» (1969)[5]. Эта книга вызвала широчайший резонанс в философ­ском сообществе и послужила отправной точкой в система­тическом изуче­нии этой дисциплины. Апофеозом этого процесса стало соз­дание в 1972 году «Философского общества по изучению спорта» - Между­народной научной организации, пред­седателем которой и стал Пол Вейс. В 1974 году общество стало выпус­кать «Журнал по философии спорта», кото­рый и по сей день оста­ется важ­ным научным посредником в серьезном фило­софском изучении спорта.

В самом общем виде постановка проблемы этой дисциплины связана, как минимум, с выяснением трех аспектов, характеризующих спорт как со­циокультурный феномен. Речь идет о необходимости обозначить своеобраз­ную демаркационную линию, ко­торая отличала бы физическую деятельность от собственно спортивной. Иными словами, выяснить каковы основные черты, отличающие спорт от других форм человеческой активности. С этой проблемой связаны и две другие: какие отличия можно про­вести между спортом и другими явлениями, связанными с человеческой дея­тельно­стью, и какие сходства и общие черты можно обна­ружить между ними?

Очевидно, что ответ на все эти вопросы, которые и со­ставляют сущ­ность философского дискурса спорта, возможны лишь при на­личии четкого определения понятия «спорт». В своем эссе «Генезис спорта как социологи­ческая проблема» (1960) немецкий социолог и историк Н. Элиас (1897-1990) анализирует этимологию понятия «спорт». Автор утверждает, что английское слово «спорт» (sport) – обозначает определенный вид занятий, приносящий удовольствие и предна­значенный для развлечения человека. Но « … если го­ворить о «спорте» в широком смысле, то он включает все состязания и физи­ческие упражнения, какие только можно встретить в тех или иных обще­ствах: это же понятие в более узком смысле относится к определенному типу состязательных игр, возникшему в Англии и уже оттуда распространивше­муся в другие страны» [6,с.44].

Спорт – это собирательный термин и в настоящее время включает мно­гие формы человеческой активности. «Спорт – это и мотогонки, и водное поло, и тяжелая атлетика, так же как и игры на спортив­ной площадке: регби, крокет, хоккей, и спортивные занятия на свежем воз­духе: охота, стрельба, рыбная ловля. Если вообще можно говорить обо всех видах спорта, вместе взятых, то можно было бы сказать, что они в разной степени ассоциируются с такими признаками, как напряжение всего тела, со­ревновательность, ис­пользование ловкости, неопределенность результата и некоторые элементы опасности. Кроме того, большинство видов спорта имеют свои правила, ри­туал, систему. Они представляют собой «формы жизни» в миниатюре и тре­буют отваги, физической силы, скорости, вынос­ливости» [7,с.45].

Спорт как многогранный социальный феномен является сферой подго­товки человека к различным видам деятельности. Спорт способен удовлетво­рять духовные запросы общества, расширять интернациональные связи и вы­ступать одним из важнейших средств этического и эстетического воспита­ния. В качестве продукта общественного развития спорт составляет органи­ческую часть культуры общества и в зависимости от конкретных со­циальных условий приобретает различные черты и формы. Так автор статьи «Форма насилия. Похвальное слово красоте спорта» профессор Стэнфордского уни­верситета (США) Х.-У. Гумберт утверждает, что наслаждение, получаемое от спорта – бескорыстно. Другими словами, нет объективных причин (основа­ний корысти) восхищаться им, созерцание спорта не идет на пользу нашему здоровью или благополучию. «Именно на это указывает Кант, называя эсте­тическое удовольствие «бескорыстным», и именно это имеют в виду более поздние критики и философы, говоря об «автономности» или «изолирован­ности» Искусства» [8,с.83].

Под определением «физическая культура» обычно понимают «… регу­лирующую деятельность человека (ее направлен­ность, способы, результаты), связанную с формированием, развитием и ис­пользованием телесно-двига­тельных способностей человека в соответствии с принятыми в культуре (суб­культуре) нормами, ценностями и образцами» [9,с.294]. Физическая культура «…. как понятийно выделенная часть общей культуры общества должна включать в круг своих вопросов значительную часть двига­тельной активности и свя­занные с нею идеологические, методо­логические и технологические пред­ставления как средство оздоровление человека и со­циума (в том числе в фи­зическую культуру в таком случае вхо­дит важней­шей составной частью тео­рия и практика физического воспита­ния)» [10,с.10]. В каче­стве таковой физическая культура и входит в общекуль­турный контекст.

Статус родового в отношении спорта для понятия физическая, сомати­ческая культура определяется, прежде всего, полисемантическим содержа­нием самого понятия, возможностью разнообразных его интерпретаций. Сюда включается и понимание физической культуры как реальности, охва­тывающую материальную сферу бытия человека; определенным образом ви­доизмененную, в соответствии с потребностями индивида и теми ценно­стями, которых он придерживается на том или ином этапе социокультурного процесса. Сюда в качестве естественного, неотъемлемого его элемента, субъ­екта физической культуры входит и сам человек.

Наряду с этим широким определением выделяют как отдельный зна­чи­мый аспект соматической культуры сугубо аксиологический, связи с более широким истолкованием человека, как субъекта социальных отношений. На­пример, в части, касающейся оздоровления человека, улучшения условий его жизни. Аксиологический аспект соматической культуры тесно связан с про­цессом социализации индивида, ибо физическая культура, как и любая дру­гая разновидность последней, предполагает овладение определенными навы­ками и умениями, что немыслимо без процесса обучения, т.е. вовлечения че­ловека в деятельность микро- и макрогрупп. Существуют и более узкие опре­деления соматической культуры. Обычно под ней понимается здесь набор упражнений, воздействующих на телесную, биологическую составляющую человека и имеющую целью моди­фикации последней.

Как видно из этих определений социально-аксиологическое измерение человека оказывается тем смысловым ядром, вокруг которого и формируется комплекс истолкования соматической культуры. В него органично входит осознание человеком своего тела в качестве некой предпосылки, без которой невозможен сам феномен; осмысление места и значения физической куль­туры в процессе генезиса личности индивида, а также его включенности в более широкий социальный контекст. Чрезвычайно важен здесь аспект со­в­мещения, возможно более гармоничного, телесного, соматического и ду­хов­ного, составляющих единое целостное человеческой природы. Либо их диф­ференциация с гипертрофией телесного, что также встречается в тексте неко­торых культурных традиций.

По большому счету место физической культуры и спорта как родового и видового в социокультурном процессе как раз и определяется тем, на­сколько естественны, органичны эти взаимодействия между телесным и ду­ховным в человеческой природе. Мировоззренческое основание физической куль­туры и спорта вполне отчетливо проявляет себя в различных формах спортивной деятельности. Здесь можно выделить несколько ключевых моде­лей, имеющих конкретно-историческую природу и всегда привязанных к тому или иному этапу исторического развития человека.

Среди главенствующих, мы выделяем, отмеченную выше установку на максимально гармоничное сочетание телесного и духовного в человеке, ис­ходя из принципа его единства. Эта парадигма характерна для Античности. Самостоятельное значение имеет модель, показывающая своеобразное раз­двоение человека, разрыв его природы на внешнюю – телесную и внут­рен­нюю – разумную, духовную с их последующим противопоставлением и оче­видным приматом в отношении последней. Результатом чего является ин­терпретация телесного как неизбежной необходимости, либо средства для реализации определенных задач, которые ставятся разумом и определяются им. Этот принцип позитивного утилитаризма получил свое распространение на рубеже Нового и Новейшего времени в истории Западной цивилизации.

Ему предшествовал принцип аскетизма, свойственный средневековому сознанию, который основан на жестком противопоставлении телесного и ду­ховного в человеке, их непримиримости при абсолютизации разумного и ду­ховного начала. В результате телесное оказывается подвержено уничижению, пренебрежение к нему становится нормой жизни.

«В Европе Новейшего времени эти представления были соеди­нены с идеей самоуправляемого и самоответственного, социально заинтере­сован­ного и активного индивида, которые переводит данные идеи и пред­ставления в инструментальный план исполнительства, находит для их реали­зации ра­циональные, универсальные, чисто технические средства (добавлю, развитие профессионального музыкального исполнительства – процесс, хро­нологиче­ски параллельный и аналогичный по смыслу). Соответственно, они оказались активно включены в широкий культурный проект построения но­вого обще­ства и нового человека, связанный с интересами и целями новых, не закреп­ленных в сословной иерархии, динамичных социальных слоев, элитных групп, массовых движений. Спорт как система воплотил в себе идеи и черты укоренившего его общества» [11,с.103].

 Вопрос, однако, заключается в том, откуда берутся эти идеи, каков их генезис? Мировоззренческие основания физической культуры и спорта при­знаются и социологией, наиболее активно изучаются последней.

В качестве примера приведем две популярные социологические дефи­ниции спорта. Первая: «Спорт – это занятие определенным видом спорта (в различ­ных клубах и др.) как … состязания (профессиональный спорт, спорт высо­кого мастерства, спорт как профессия); в школе как физическое разви­тие (физическая культура); различные аспекты, поддерживающие здоровье, такие как рекреация, фитнесс, спорт на досуге; спорт в различных специаль­ных ин­ститутах, таких как высшая школа, военный спорт, спорт на произ­водстве; в менее типичных группах лиц: женский спорт, параспорт, спорт людей пожи­лого возраста; в конфессиональных общинах (церковь и спорт); в движении как аспекте понимания искусства – танец, балет, народные (нацио­нальные) танцы, гимнастика и др.» [12,с.117].

Во втором определении спорта акцент сделан на различных формах ак­тивности движения. «Спорт – особая форма активности движения человека. Наличие цели, круг занимающихся спортом людей, время и место свидетель­ствуют о многомерности спорта, характеризующей общественное значение этого явления. Спорт – выражение культурных достижений людей. Поэтому для него характерно то, что и для других культурных достижений: тенденции идеологизации, профессионализации, дидактичности и др.» [12,с.118].

Осмыслить философски феномен спорта означает обнаружить его гла­венствующую Идею. Иными словами, необходимо понять:

  • какие нормы, ценности и идеалы лежат в основании спортивной ак­тивности;
  • насколько они соотносятся с господствующим на том или ином этапе социокультурного процесса мировоззренческими установками;
  • каковы социально значимые функции спорта.

Все это, в конечном итоге, позволяет глубже проникнуть в механизм культурно-исторического развития, вскрыть природу мотивации человече­ского поступка в его стремлении к первенству, к совершенству. В спорте, как в феномене культуры, с особой очевидностью обозна­чено присутствие той мотивации, которая лежит в самом основании куль­турно-исторического процесса, запускает его механизм. Речь идет о стремле­нии индивида к экс­пансии, максимально широкому освоению реальности, с целью расширения своей свободы с помощью систематиче­ского преодоления как внешних, так и внутренних ограничений.

По существу, речь идет о героическом действии, осуществление кото­рого ведет к актуализации творческих возможностей человека и меняет его природу. Экспансия как двигатель социокультурного процесса может иметь экстенсивный характер, не затрагивающий основы природной реальности (Античность); охватывать главным образом природу человека с целью ее преображения (средневековое христианство); затрагивать онтологические характеристики реальности в целом, ее структуру, как и природу самого че­ловека (идея прогресса в Новое и Новейшее время). Но в каждой из этих мо­делей есть момент перехода человека из само­довлеющего состояния, выход его в инобытие, изменение качества самого бытия, как условие выживание самого человека. Спорт дает здесь одно из са­мых наглядных иллюстраций этой установки.

Другая важная характеристика спорта, вскрывающая его сущностные основания, заключается в игровом характере спортивной активности. Что по­зволяет нам утверждать некую онтологическую связь феномена спорта с иг­ровой культурой в целом. Таким образом, спортивная активность является важнейшим компо­нен­том развития, укорененным в самой природе человека, поэтому прототипы современного спорта мы находим в архаических куль­турах Европы и Востока.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:
1. Дьюи Д. Демократия и образование/ Д. Дьюи.- М., 2000. - 384c.
2. Философия и социология спорта в XXI веке / «Круглый стол» журнала «Теория и практика физической куль-туры» // Теория и практика физической культуры. 2000. №6
3. Бокова И. Предисловие Генерального директора ЮНЕСКО И. Боковой / И. Бокова // Наука о спорте. Энцик-лопедия систем жизнеобеспечения. – М.: ЮНЕСКО : Магистр-Пресс, 2011. - 1000с.
4. Морган У. Философия спорта: Исторический и концептуальный обзор и оценка будущего / У. Морган // Логос. 2006. №3.
5. Weiss P. Sport: a Philosophic Inquiry / P. Weiss. - Carbondale. 1969. – 274p.
6. Элиас Н. Генезис спорта как социологическая проблема / Н. Элиас // Логос, 2006. №3.
7. Peter J. Arnold. Aesthetic Aspects of Sport / Arnold. P.J. // International Review of Sport Sociology, 1978, vol.13. №3.
8. Гумберт Х.У. Форма насилия. Похвальное слово красоте спорта / Х.У. Гумберт // Неприкосновенный запас, 2004. №3.
9. Физическая культура / Культурология. XX. Энциклопедия. Т.2. СПб., 1998. - 907с.
10. Коренберг В.Б. О некоторых базовых понятиях в нашей сфере / В.Б. Коренберг // Теория и практика физи-ческой культуры, 2008. №2.
11. Дубин Б. Состязательность и солидарность. Рождение спорта из духа общества / Б. Дубин // Отечествен-ные записки, 2006. №6.
12. Ласкене С., Чингене В. Возможности анализа спорта как социального феномена / С. Ласкене, В. Чингене // Социологические исследования, 2007. №11.


©  Д.В. Семенов, Журнал "Современная наука: актуальные проблемы теории и практики".
 

 

 

SCROLL TO TOP
viagra bitcoin buy

������ ����������� �������@Mail.ru