levitra bitcoin

+7(495) 725-8986  г. Москва

Журналы

  • Серия
  • Серия
  • Серия
  • Серия
  • Журнал
  • Журнал
  • Журнал
  • Журнал
 

М.В. Бартасюк,  (Аспирант, Дальневосточный институт управления – филиал РАНХ и ГС, г. Хабаровск)

Серия «Гуманитарные науки» # МАРТ 2018
Приморская область
В данной статье рассматривается процесс формирования и деятельности вольных дружин на Дальнем Востоке в период русско-японской войны. Выделяются и описываются характерные особенности службы дружинников. В статье обобщен новый материал по исследуемой теме, вводятся в научный оборот малоизвестные документы.

Ключевые слова: Приморская область, Корпус вольных дружин, боевая подготовка, дисциплина, смотр войск.

 

В  настоящее время добровольные народные дружины широко привлекаются к работе по защите интересов государства в приграничных территориях.

В период существования СССР были заложены хорошие организационно-управленческие основы участия местного населения в охране государственной границы СССР. Однако, на рубеже 1980-1990-х гг. деятельность добровольных народных дружин в силу деформации и последующего разрушения советской системы государственного управления, особенно в национальных республиках, была парализована и к декабрю 1991 г. система участия местного населения в охране государственной границы СССР фактически прекратила свое существование [3; 4, с. 28].

В Российской Федерации и, в частности, в Дальневосточном федеральном округе, создана нормативно-правовая база по привлечению российского казачества к участию в защите государственной границы. Она предусматривает участие граждан на добровольных началах в ее защите в составе добровольных народных дружин, в качестве внештатных сотрудников пограничных органов и в иных формах [8, с. 381; 11].

Однако всему этому предшествовал еще дореволюционный опыт создания и использования добровольных народных дружин как иррегулярных воинских формирований для защиты населенных пунктов, как от внутренних, так и от внешних врагов.

С началом русско-японской войны, начавшейся с нападения японского флота на 1-ю Тихоокеанскую эскадру в Порт-Артуре и на русские военные суда крейсер «Варяг» и канонерскую лодку «Кореец» без объявления войны [12, с. 468], происходит мобилизация войск наместничества Дальнего Востока и Приамурского военного округа; на территории Приморской области и на о. Сахалин объявляется военное положение [2].

В соответствии со ст. 5 Устава о воинской повинности [10], 31 января 1904 г. исполняющим должность Приамурского Генерал-губернатора генерал-лейтенантом Линевичем Н.П. утверждается Положение о вольных дружинах Приморской области, включавшей на тот момент в своем составе территорию современных Хабаровского, Приморского и Камчатского краев [5, с. 1-2].

Ответственность за формирование корпуса вольных дружин легла на плечи Военного губернатора Приморской области генерал-майора Колюбакина А.М.

Начиная с 4 февраля на имя губернатора стали поступать прошения о зачислении в ряды вольных дружин, желая добровольно зачислиться на действительную военную службу в ряды войска, шли люди различных возрастов и сословий: от полковников запаса до крестьян, включая ссыльнокаторжных с о. Сахалин.

4 марта А. М. Колюбакин в телеграмме к начальнику штаба Наместника докладывал: «В период с 14 февраля по 4 марта 1904 г. сформирован Корпус вольных дружин в составе всего двадцати одной дружины: 63 сотен, 100 инструкторов запаса, 84 командиров, 9075 дружинников….. Кроме инородцев….. Дружинники проходят сокращенный курс стрельбы, вооружены берданками, 200 патронов на винтовку….» [6, л. 47].

Каждая дружина имела свой порядковый номер и условное название, например, дружина № 1 – Посьетская, № 14 – Владивостокская городская, № 17 – Хабаровская городская и т.д. Каждая сотня в дружине также имела номер и условное название. Во главе дружин и сотен назначались, как правило, или отставные офицеры или гражданские чины от 6 до 10 классов (коллежский советник, коллежский асессор, титулярный советник, коллежский секретарь [9]).

Для установления однообразного обмундирования, дружинникам рекомендовано было иметь форму одежды следующего образца: на летнее время – гимнастерки из темно-синей материи, на зимнее – куртки из верблюжьего сукна; черные шаровары, фуражки черного цвета с красным кантом солдатского образца и ополченским крестом на околыше, кожаный пояс, высокие сапоги, а также солдатские погоны из красного кумача с номером (римской цифрой) дружины [6, л. 92; 7, л. 26об., 30об.]. Но такая форма одежды была не обязательной и могла быть введена лишь по мере возможности.

Для взводных командиров предлагалось ввести офицерское положение и внешнее отличавшуюся форму одежды от рядовых: белый двубортный китель-тужурка со стоячим воротником и гладкими золотыми пуговицами, лакированный офицерского образца пояс (для парада – серебряный); фуражка синяя с белым летним чехлом, ополченским крестом; погоны офицерские золотые с одним красным просветом и буквами (по названию дружин, например, «Х.Д.» или «XVII Х.Д.» - 17-ая Хабаровская дружина); вооружение – шашка на золотой портупее и револьвер с кобурой и шнуром офицерского образца. Зимой китель бы заменялся тужуркой из верблюжьего сукна, а фуражка – легкой папахой [6, л. 286об., 318].

В связи с отсутствием финансирования, гражданское население своими средствами пыталось обеспечить хотя бы минимумом дружинников. Так в г. Никольск-Уссурийском дамский комитет задался целью снабдить как можно большее количество дружинников Южно-Уссурийского уезда всеми предметами обмундирования, но в виду ограниченности средств этого комитета, первая задача его состояла лишь в том, чтобы изготовить на все количество дружинников Южно-Уссурийского уезда (за исключением городских и железнодорожных сотен) необходимое количество погон [7, л. 31]. Командир дружины № 17 (Хабаровской городской) и командир сотни этой дружины за полученные ими за март месяц жалованье приобрели материал и сшили рубахи-гимнастерки для бесплатной раздачи дружинникам [7, л. 41].

Обучение дружинников производилось преимущественно в местах их постоянного жительства, для чего командиры дружин и сотен, а также инструктора из запасных унтер-офицеров обязаны были объезжать все населенные пункты, входящие в данную дружину, сбор же дружинников по сотням или всей дружины в один пункт производился только в случае особой в том необходимости. Сторожевые посты выставлялись по возможности лишь из дружинников ближайших селений. Заботясь о возможном не обременении населения обязанностями дружинников и о предоставлении им полной возможности производства домашних сельскохозяйственных работ, командирам дружин и сотен предлагалось на период таких работ или вовсе не проводить учебных занятий дружинников или проводить их лишь в праздничные дни [7, л. 5, 27об.].

Дружинников готовили для борьбы с мелкими шайками злоумышленников, конвоирования арестованных и поддержания порядка в населенных пунктах, в этой связи все обучение сводилось к прохождению сокращенного курса строевой подготовки и стрельбы, установленного для ратников ополчения.

Однако командование корпуса считало, что значительная часть дружин со временем может быть использована для действий совместно с войсками. С этой целью планировалось проводить регулярные смотры каждой сотни, по результатам которых исключать из их состава от 60 до 70 % человек по семейным или хозяйственным обстоятельствам, а также по состоянию здоровья; из оставшихся 40-30 % от состава сотен – формировать новые взводы для более серьезной боевой подготовки. Вместе с этим предлагалось изменить организацию новых взводов (снабдить их небольшим обозом, палатками, носилками, фельдшерами, санитарами и т.п.) для возможного выдвижения и использования не только в своих селениях, но и далеко за их пределами [6, л. 110-110об.].

По результатам смотров дружин, проводимых уже с 13 марта 1904 г., командир Корпуса отмечал, что «….дружинники хорошо выровнены, имеют молодецкую стойку, отлично отвечают на приветствие, делают весьма удовлетворительно ружейные приемы и начинают вырабатывать твердый шаг…. Отдельные дружины имеют вид совершенно сколоченной строевой части…. Видно старание и желание дружинников научиться; а из начальников их научить всему тому, что необходимо знать и уметь делать будущим бойцам не на плацу и в казарме, а на поле боя…. В общем, заметно усердие дружинников, старание инструкторов и внимательное отношение к делу командиров дружин и сотен…» [7, л. 24-24об., 29об.-30, 32].

Но не все дружинники имели стремление к обучению и соблюдению дисциплины. Негативным примером этому явилась дружина № 17 (Хабаровская городская). Временно исполняющий обязанности командира дружины А. Плюснин в рапорте на имя командующего Корпусом вольных дружин от 31.05.1904 г. № 1999 ходатайствовал об исключении из списка дружины 57 человек (всего в состав дружины входило 130 человек) [6, л. 286].

Данное ходатайство мотивировалось следующим:

  1. Больше половины дружинников смотрели на боевую подготовку не достаточно серьезно, считая себя хорошо подготовленными в этом плане, и им незачем прибывать на учения.
  2. Другие высказывались, что они будут прибывать на общие сборы лишь тогда, когда в этом будет крайняя необходимость, а заниматься игрой «в солдатики» у них нет ни времени, ни желания.
  3. В результате такого отношения большинства дружинников, Хабаровская дружина ни разу не собиралась в полном составе и не была разбита на взводы и отделения. Никто из дружинников не знал ни своего взвода, ни своего места в строю, ни своих обязанностей.
  4. В связи с недостаточной дисциплинированностью не представлялось возможным проводить практические занятия по боевой и разведывательной подготовке [6, л. 286об., 318].

Считая такой порядок организации не нормальным и вредящим общему делу, А. Плюснин предлагал оставить 30-40 человек, но годных к службе, чем 130 человек не желающих подчиняться установленному порядку.

Встречались случаи и грубого нарушения дисциплины, такие как пьянство, не тактичное поведение.

Так, например, ефрейтор Новоселов, состоящий в распоряжении Управления вольными дружинами, в сильном алкогольном опьянении ходил по городу, за что был арестован и отправлен в Арестный дом до отрезвления [6, л. 67].

Вследствие рапорта Командира дружины № 10 (Сунгачинской) о нетактичном поведении инструкторов сотен рядового Максимова и ефрейтора Голуха, названные нижние чины были отчислены из дружины. На их место были назначены младшие унтер-офицеры из Хабаровского запасного батальона [7, л. 28об.].

Порядок применения дисциплинарных взысканий определялся ст. 14 Положения о вольных дружинах Приморской области [6, л. 220об.]. На дружинников за нарушение порядка и требований службы, неисполнение распоряжений начальства, за служебные проступки (кроме уголовных) командиры дружин и сотен имели право налагать дисциплинарные взыскания: делать замечания, выговоры, заключать под арест на одни сутки. При повторении служебных проступков и при безрезультатности наложенных взысканий, дружинники исключались из состава дружин (но только по решению командира дружины). При нахождении дружинников в составе действующих против неприятеля войск, дружинники за совершенные ими проступки и преступления против порядка службы и воинской дисциплины, подвергались суду как воинские чины.

Дисциплинарной ответственности на одинаковых с дружинниками основаниях подлежали так же и прикомандированные к дружинам инструктора из нижних чинов запаса [7, л. 27об.-28].

21 апреля 1904 г. Командующим войсками Приамурского военного округа генерал-лейтенантом Линевичем было утверждено новое, значительно измененное, Положение о вольных дружинах Приморской области. В этой связи командирам дружин и сотен предписывалось немедленно исключить из состава дружин всех не желающих оставаться дружинниками, оставив тех, кто желали остаться и обучаться по праздникам в своих селениях; оружие, патроны и ополченские кресты у отчисленных – отобрать и хранить в ближайших Волостных правлениях [7, л. 36].

Свою деятельность вольные дружины Приморской области осуществляли вплоть до декабря 1905 г., о чем свидетельствует приказание войскам Приамурского военного округа от 30.06.1907 г. № 166 «….все дела и книги частей войск, управлений и заведений Военного ведомства, расформированных по окончании войны с Японией, передать на хранение в архив Штаба Приамурского военного округа….» [1, л. 157-158об.].

Подводя итог, хотелось бы отметить, что, несмотря на некоторые недостатки в дисциплине и организации, опыт создания и действия вольных дружин показывает не только сплоченность, гордость, патриотизм русского народа, добровольно пожелавшего взяться за оружие и отстаивать интересы родины от неприятеля, но и в настоящее время находит свое отражение в охране приграничных территорий. Добровольные дружины являлись неоспоримым подспорьем воинским формированиям, способными вести борьбу с неприятелем, а возможно и явились предпосылками к созданию мелких вооруженных групп для осуществления диверсионной деятельности на территории противника.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:
1. ГАХК. Инв. № 1317.
2. ГАХК. НСБ. Приказы войскам Приамурского военного округа за 1904 г. № 45 от 27.01.1904 г., № 46 от 27.01.1904 г.
3. Костин, А. А. Участие населения приграничных районов СССР в охране государственной границы в 1931-1991 годах. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Москва: Пограничная академия ФСБ России, 2012.
4. Морозов, Ю. П. Проблемы привлечения граждан к защите государственной границы на гласной основе // Обеспечение защиты интересов Российской Федерации в пограничной сфере в аспекте реализации государственной стратегии развития Дальнего Востока. Всероссийская научно-практическая конференция 10 апреля 2013 года / сост. : Г.В. Ампилогов, А.А. Туфанов, А.Ю. Цыбин. Хабаровск: Хабаровский пограничный институт ФСБ России, 2013. – 566 с.
5. Обзор Приморской области за 1914 г. Приложение к Всеподданнейшему отчету. – Владивосток: Приморское Областное Правление, 1916.
6. РГИА ДВ. Ф. 153. Оп. 1. Д. 1.
7. РГИА ДВ. Ф. 153. Оп. 1. Д. 2.
8. Савченко С.Н. О привлечении казачьих обществ Хабаровского края к участию в защите Государственной границы Российской Федерации на современном этапе // Актуальные вопросы совершенствования системы обеспечения безопасности в пограничной сфере (на примере Дальневосточного федерального округа) : межведомственная научно-практическая конференция 13 апреля 2016 года. Часть 2 / Сост. : Г.В. Ампилогов, А.Ю. Цыбин ; под общ. ред. А.Ю. Дащенко. – Хабаровск : Хабаровский пограничный институт ФСБ России, 2016. – 515 с.
9. Табель о рангах Петра I [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http:// www.countries.ru/library/countries/russia/tabel.htm – (Дата обращения: 17.02.2018).
10. Устав о воинской повинности. – Вильна: Типография Виленского Губернского Правления, 1874.
11. Шахворостов, В. В. Охрана границы – дело всенародное. Участие населения Дальнего Востока в охране государственной границы (1922-1941 гг.): монография. – М.: Эдитус, 2017.
12. Шацилло, В. К. Русско-японская война. 1904-1905. Факты. Документы: монография / В. К. Шацилло, Л. А. Шацилло. – М.: Мол. гвардия, 2004. – 470 с.: ил. – (Россия и мир).


©  М.В. Бартасюк, Журнал "Современная наука: актуальные проблемы теории и практики".
 

 

 

 
SCROLL TO TOP
viagra bitcoin buy

������ ����������� Rambler's Top100 �������@Mail.ru