levitra bitcoin

+7(495) 725-8986  г. Москва

Журналы

  • Серия
  • Серия
  • Серия
  • Серия
  • Журнал
  • Журнал
  • Журнал
  • Журнал

Се Ипин,  (Соискатель, Российский университет дружбы народов)

Серия «Гуманитарные науки» # АВГУСТ  2018
Участие КНР в АТЭС в настоящее время рассматривается не только как усиления региональной и глобальной экономической роли страны, но и как определенный внутренний вызов для самого Китая. Углубление внешней интеграции проекта автоматически усиливает либерально-экономические настроения в стране, порождая по-литическое давление на руководство. В статье показано, что углубление формата АТЭС до крайности обостряет геополитические и торгово-экономические противоречия Китая с США, Японией и их союзниками – партнерами по организации. Китай делает особую ставку на АТЭС, видя в нем основной противовес американскому ТПП. Более того, ки-тайцы считают, что одна из целей США – создание для КНР и ликвидация его националь-ных предприятий.

Ключевые слова: АТЭС, КНР, США, РФ, сотрудничество, интеграция, экономическое развитие, интеграция, Азиатско-Тихоокеанский регион.

 

В  ноябре 1989 года была создана Организация Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС). В июле 1990 года на втором министерском совещании АТЭС в Сингапуре было принято Совместное заявление, в котором выражалось приветствие скорейшему одновременному присоединению к организации Китая и китайских Тайбэя и Сянгана. В ноябре 1991 года на основе принципов «одного Китая» и «дифференциации суверенных государств и региональных экономических субъектов» Китай в качестве суверенного государства, а также китайские Тайбэй и Сянган в качестве региональных экономических субъектов официально вступили в АТЭС. 

После вступления Китая в организацию АТЭС стала важной ареной для страны в налаживании взаимовыгодного сотрудничества и многосторонней дипломатии с другими экономическими субъектами региона. Путем участия в сотрудничестве в рамках АТЭС Китай содействовал собственному развитию и в то же время внес важный вклад в развитие региональной и мировой экономики [1].

Именно поэтому АТЭС не является официальной региональной организацией международной экономической интеграции. И это только коренная причина организации экономического сотрудничества. Замечательное разнообразие среди членов делает невозможным, чтобы АТЭС способствовала «системной» экономической интеграции и даже политической интеграции. Это может быть ограничено только масштабом добровольного экономического сотрудничества. «На основе открытого диалога участники должны уважать взгляды друг друга и проводить равные консультации». США пытается участвовать в «Новой тихоокеанской организации». Институциональная и институциональная перестройка АТЭС неизбежно будет противостоять большинству членов.

На многостороннем уровне в начале 2000-х гг. Китай выступал за продвижение интеграции в рамках 13 государств Азии в формате АСЕАН+3, которому должно было предшествовать укрепление позиций страны в формате АСЕАН+1. Дальнейшее развитие интеграции в рамках Восточноазиатского саммита при участии 16 государств, главным сторонником которого на момент начала и середины 2000-х гг. выступала Япония, гораздо в меньшей степени отвечало интересам Китая.

В результате, поскольку Китай официально стал членом АТЭС в 1991 году, он всегда проявлял большой интерес к экономическому сотрудничеству в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Китай активно и искренне участвует в АТЭС и полностью учитывает национальные условия и доступность Китая. На основе широкого развития различных отношений сотрудничества Китай принял новое обязательство снизить тариф на промышленные товары до 10% в 2005 году и выразил свое позитивное отношение к укреплению регионального финансового сотрудничества в Азии. Китай получит возможности от АТЭС, а также внесет больший вклад в АТЭС. Однако региональное экономическое сотрудничество Китая следует двум условиям: оно соответствует основным принципам международных отношений и соответствует национальным интересам Китая. Китай придерживается принципов своевременности и целесообразности, добиваясь общих оснований при сохранении различий и добровольной автономии для АТЭС. Поэтому Китай должен принять соответствующие контрмеры для адаптации к тенденциям Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества и содействовать его собственному экономическому развитию:

Современное китайское руководство настроено на развитие долгосрочных отношений со странами АСЕАН, основанных на принципах взаимного доверия, гармонии и обоюдной выгоды. К 2020 г. правительство Китая планирует довести объем двусторонней торговли между КНР и АСЕАН до 1 трлн долл. [4] Особое внимание китайские политики намерены уделить улучшению транспортно-коммуникационных возможностей государств АСЕАН и развивающихся стран региона, что позволит ослабить контроль США над морскими коммуникациями в АТР.

Важнейшим событием в отношениях между Китаем и странами АСЕАН, которое ускорило интеграционные процессы в Юго-Восточной Азии, стало создание в 2010 г. зоны свободной торговли (далее - ЗСТ). ЗСТ Китай - АСЕАН содействует не только подъему экономики, но и развитию сотрудничества в таких областях, как политика, культура, безопасность, энергетика, сфера транспорта и коммуникаций.

С 2 по 8 октября 2013 г. председатель КНР Си Цзиньпин посетил с государственным визитом Индонезию и Малайзию, а также принял участие в 21 -й неформальной встрече лидеров членов АТЭС. Председатель КНР провел переговоры с представителями политического руководства обеих стран и подписал соглашения о реализации пятилетних программ двустороннего торгово-экономического сотрудничества. Перспективной целью должно стать увеличение двустороннего товарооборота. Предполагается, что объемы китайско-индонезийской торговли к 2015 г. должны достичь уровня в 80 млрд долл., а китайско-малазийской - до 160 млрд долл. к 2017 г. [5]. Стороны заявили о своем намерении довести отношения до уровня стратегического партнерства, осуществляемого во всех направлениях китайско-индонезийско и китайско-малазийского взаимодействия.

Несмотря на разногласия Китая с Вьетнамом вокруг Парсельских островов и противоборство с Вьетнамом и Филиппинами из-за архипелага Спратли, Вьетнам и Филиппины входят в число ведущих торгово-экономических партнеров КНР среди стран АСЕАН.

Объем китайского экспорта во Вьетнам к октябрю 2013 г. составил 39,36 млрд долл., предполагается, что к 2017 г. объемы двусторонней торговли должны достичь отметки в 100 млрд долл. [6].

На основе взаимовыгодного экономического сотрудничества развиваются отношения и между КНР и Филиппинами, чему способствует в том числе и заключенное между сторонами в ноябре 2004 г. соглашение о совместной разведке нефтегазовых залежей в недрах спорных участков островной зоны. В октябре 2009 г. страны подписали двусторонний «План совместных действий по стратегическому сотрудничеству».

Значимым для развития китайско-филиппинских отношений стал визит в КНР президента Филиппин Бенигно Акино III в 2011 г., в ходе которого стороны договорились укреплять сотрудничество двух стран в области торговли, экономики и техники, туризма, морских коммуникаций, журналистики, спорта, культуры и информации. К 2016 г. стороны довели объемы двустороннего товарооборота до 60 млрд долл. [7].

Взаимодействуя с Китаем, страны Юго-Восточной Азии активно участвуют в процессах глобализации и одновременно получают возможность для собственного экономического роста, сокращая зависимость от США и Японии

Однако существует опасение, что усиление экономики Китая приведет к поглощению им ближайших к нему районов Юго-Восточной Азии. Противовесом китайскому влиянию в АСЕАН является Индия. Экономическая мощь Индии возрастает, и страны АСЕАН склонны рассматривать ее в качестве партнера. С целью ограничения влияния Китая в АСЕАН, достижения паритетных отношений с ним и расширения сфер делового сотрудничества реализуется механизм «10 + 3» (10 стран АСЕАН (Бруней, Камбоджа, Индонезия, Лаос, Малайзия, Мьянма, Филиппины, Сингапур, Таиланд и Вьетнам) плюс Китай, Япония, Южная Корея).

В качестве члена большой семьи АТР Китай уделял и уделяет особое внимание взаимодействию в АТЭС в разных направлениях, принимая активное участие в данном процессе. Председатель КНР принимал участие во всех неформальных встречах лидеров АТЭС, излагая активные, сбалансированные и рациональные политические предложения и инициативы.

Два крупных экономических гиганта США и Япония яростно оспаривают интересы друг друга в отношении доминирования азиатско-тихоокеанского экономического сотрудничества. В экономических и торговых отношениях между Соединенными Штатами и Японией существует много противоречий, и существуют постоянные трения. Китай должен в полной мере использовать экономические противоречия и торговые трения между Соединенными Штатами и Японией, гибко использовать «китайскую карточку» и стремиться к расширению торгово-экономического сотрудничества между Китаем и Соединенными Штатами, Китаем и Японией и эффективно использовать передовые технологии и фонды Соединенных Штатов и Японии для обогащения и улучшения всеобъемлющей экономики Китая. сила.

Поскольку Китай присоединился к АТЭС, он участвовал в различных мероприятиях с позитивным и конструктивным отношением. В то же время АТЭС стала важным этапом региональной и международной политической дипломатии. Китай должен твердо использовать и использовать эту историческую возможность, полагаться на внутренний крупный рынок, развивать и развивать экономическую зону Китая и активно участвовать в экономическом сотрудничестве в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Только таким образом Китай может играть важную роль в Азиатско-Тихоокеанском регионе, а затем играть важную роль в развитии мировой экономики. эффект.

Первый раунд переговоров по созданию одной из крупнейших в мире зон свободной торговли состоялся в Брунее в мае 2013 г. В ходе переговоров были конкретизированы первоначальные этапы создания Регионального всеобъемлющего экономического партнерства. Создание зоны свободной торговли планируется завершить к 2015 г.

Таким образом, современное китайское правительство понимает важность укрепления сотрудничества со странами Юго-Восточной Азии и предпринимает усилия для расширения участия КНР в интеграционных процессах в АТР.

Азиатско-тихоокеанский регион является важной опорой для внешней экономики и торговли Китая. Около 70% внешнего товарооборота Китая и свыше 70% привлеченных им прямых иностранных инвестиций приходятся на члены АТЭС. Развитие Китая в большой мере осуществляется благодаря региональной экономике. С другой стороны, Китай играет крайне конструктивную роль внутри АТЭС. Принимая участие в мероприятиях организации, страна содействует развитию международного порядка в более справедливом и рациональном направлении [2].

В целях преодоления международного финансового кризиса китайское правительство своевременно скорректировало макроэкономическую политику и решительно реализовало пакет мер по расширению внутреннего спроса и содействию экономическому росту, активно сотрудничая с мировым сообществом, включая региональную организации АТЭС

Роль Китая в последние годы значительно возрастает как в мире, так и в АТЭС. Китай является очень важным стратегическим партнером многих стран, а также много инвестирует в другие страны. Так, например, взаимодействие России и Китая успешно развивается, потому что идея однополярного мира становится неосуществима.

Интеграционную активность на двустороннем уровне Китай начал проявлять с начала 2000-х гг. Первыми интеграционными партнерами Китая на двусторонней основе стали Гонконг и Макао, соглашения с которыми были подписаны еще в 2003 г. и сразу характеризовались довольно высоким качеством — они охватывали торговлю и товарами, и услугами. Это вполне объяснимо, учитывая степень экономической взаимосвязанности и взаимодополняемости рынков этих районов и материкового Китая.

Вторая волна двусторонней интеграционной активности Китая началась в 2008-2009 гг., которая подогревалась уже не только экономическими, но и, частично, политическими факторами. С одной стороны, Китай исходил из соображений, что усиление интеграционных взаимосвязей способно смягчить негативные последствия глобального финансового кризиса, с другой — это могло стать ответной реакцией на присоединение США в 2008 г. к Транстихоокеанскому стратегическому экономическому партнерству (Р4) и формирование концепции Транстихоокеанского партнерства с последующим включением новых членов. Еще на момент присоединения к блоку, включавшему в 2008 г. только Сингапур, Новую Зеландию, Чили и Бруней, США открыто заявляли о необходимости формирования нового торгового объединения до расширения активности со стороны Китая и ЕС [4].

В подобных условиях было закономерно, что уже в 2009 г. Китай подписал два двусторонних соглашения о свободной торговле с участницами нового формата — Сингапуром и Новой Зеландией, а в 2010 г. вступило в силу подписанное ранее соглашение с Чили.

В практическую плоскость перешла и идея формирования общерегиональной ЗСТ в рамках Транстихоокеанского партнерства, что способствовало смещению акцентов Китая именно в направлении формирования интеграционного объединения в рамках ВРЭП. По мере того как Китай стал наращивать не только торговый, но и инвестиционный потенциал и догонять Японию по объемам прямых инвестиций, направляемых за рубеж, возможный тандем Японии и Австралии в рамках единого интеграционного объединения, который еще в 2000-е гг. мог ослабить экономическое влияние Китая в регионе, стал представлять сравнительно меньшую угрозу [5].

В конце 2015 г. были подписаны соглашения о свободной торговле с Австралией и Республикой Корея, идут переговоры о формировании трехсторонней зоны свободной торговли Китай – Япония – Республика Корея. Таким образом, интеграционная повестка Китая стала сводиться к формированию сети двусторонних соглашений о свободной торговле в рамках Регионального всестороннего экономического партнерства, стимулированию переговоров в трехстороннем формате Северо-Восточноазиатской зоны свободной торговли, а также продвижению идеи создания Азиатско-Тихоокеанской зоны свободной торговли.

Основными инвесторами среди стран-участниц объединения являются страны АСЕАН+3: Япония, Республика Корея и КНР. Крупнейшими реципиентами – страны, входящие в АСЕАН + Китай. Япония за 2012-2014 гг. инвестировала в страны АСЕАН более 60% своих прямых зарубежных инвестиций: 20% – в Китай и менее 10% – в Индию. Республика Корея за 2012-2014 гг. направила 13,4 млрд долл. в качестве инвестиций в страны АСЕАН: около 7 млрд долл. – в Китай и более 3 млрд долл. – в Индию [5].

Интеграционная позиция Китая в АТР — катализатор трансформирующихся стратегических приоритетов, внутриэкономической и внешнеторговой политики страны. В определении интеграционной повестки Китай будет исходить из ключевых тенденций, характеризующих развитие и приоритеты страны на современном этапе. Одной из них для Китая является повышение стоимости рабочей силы и как следствием повышение цены и снижение конкурентоспособности китайских товаров.

В качестве стратегической задачи выделяется стремительная переориентация национального выпуска с производства промышленных товаров в направлении расширения сектора услуг, повышения их доли в ВВП страны. Это находит отражение и в переориентации притока иностранных инвестиций с промышленного сектора с целью ускоренной индустриализации в сектор услуг. Китай постепенно открывает сферу услуг с целью повышения конкуренции, качества производимых услуг и бизнес среды. Постепенно облегчается доступ иностранных инвесторов даже на сравнительно более защищенные рынки страховых, медицинских и телекоммуникационных услуг [6].

Китай наращивает расходы на исследования и научные разработки (доля страны к 2016 г. в общемировых расходах на исследования и разработки выросла до 20,4%, и ожидается, что к 2026 г. по соответствующему показателю Китай опередит США, на которые сегодня приходится 26,4% общемировых расходов на R&D), делает акцент на привлечении иностранных инвестиций в высокотехнологичные производства, высококвалифицированной рабочей силы и повышении уровня квалификации национальной рабочей силы [7].

В результате проводимой политики стимулирования внутреннего спроса посредством инструментов налогово-бюджетной и денежно-кредитной политики, растущей численности населения и ожидаемого ускоренного роста в долгосрочной перспективе вследствие отмены политики одного ребенка, а также смещения акцентов в структуре производства и привлечения иностранных инвестиций в средне- и долгосрочной перспективе будет происходить постепенная трансформация отраслевой структуры внутреннего спроса. По оценкам экспертов Банка Финляндии, рост расходов на потребление будет увеличивать внутренний и импортный спрос на сельскохозяйственные и продовольственные товары, а также многие виды услуг[8].

При формировании интеграционной стратегии Китай будет придерживаться поэтапного, многоуровневого, географически диверсифицированного подхода, направленного на интенсификацию отношений со стратегическими партнерами и повышение «качества» интеграционных процессов.

Исходя из наметившихся тенденций экономического развития Китая, заявленных стратегических ориентиров в трансформации структуры экономики и экономической политики, в ближайшее время можно ожидать активизации интеграционных процессов и тенденций, инициированных Китаем.

Представляется, что при формировании интеграционной стратегии Китай будет придерживаться поэтапного, многоуровневого, географически диверсифицированного подхода, направленного на интенсификацию отношений со стратегическими партнерами и повышение «качества» интеграционных процессов (расширение числа вопросов торговой повестки, повышение охвата товарных позиций, достижение прогресса в области устранения нетарифных ограничений, регулирование перемещения капиталов и рабочей силы и проч.). Эти принципы станут определяющими в формировании интеграционной повестки.

Китай будет стремиться развивать интеграционную повестку, как на многостороннем, так и на двустороннем уровнях. В первую очередь интерес на двустороннем уровне могут представлять страны-участницы масштабных общерегиональных инфраструктурных проектов, идущие по пути масштабной индустриализации и урбанизации. К их числу можно отнести Индию, Индонезию, Таиланд и Филиппины. Во-вторых, аграрные страны, богато наделенные земельными ресурсами для производства сельскохозяйственных культур. В долгосрочной перспективе Китай может инициировать заключение соглашений о свободной торговле со странами Африки к югу от Сахары.

При этом Китай будет исходить из принципа поэтапности. При участии КНР могут формироваться отраслевые ассоциации (энергетические альянсы, транспортные, телекоммуникационные, технологические союзы). Китай будет придерживаться осторожного сбалансированного подхода в отношении высокоразвитых стран, взаимодействие с которыми может обеспечить доступ к рынкам технологий и приток капитала в высокотехнологичные сектора экономики.

Соответственно, Китай будет придерживаться географически диверсифицированной интеграционной стратегии, расширяя сеть узких соглашений о сотрудничестве, а впоследствии — двусторонних соглашений о свободной торговле с партнерами из разных регионов и характеризующимися различными уровнями экономического развития и структурами экономик.

Амбициозные планы Китая по переориентации структуры экономики определяют заинтересованность страны в создании «высококачественных» интеграционных объединений с более широким охватом товарных позиций и более интенсивным графиком либерализации, проводимой как Китаем, так и партнерами по интеграционным объединениям. Ранее Китай в большей степени был нацелен на сохранение протекционистских тенденций в отношении продукции так называемых «чувствительных секторов», технических барьеров в торговле и использовании инструментов экспортного контроля.

Соглашения охватывали сравнительно узкий круг вопросов (в частности, соглашения с Гонконгом и Макао), не затрагивали, например, вопросы защиты прав интеллектуальной собственности и охраны окружающей среды, механизмы разрешения споров, либерализацию торговли «чувствительными» товарами и прочее.

Однако сейчас именно Китай в силу меняющейся стратегии развития нацелен на повышение качества двусторонних и многосторонних интеграционных соглашений с его участием, поскольку взаимная либерализация может, с одной стороны, способствовать реализации новых стратегических приоритетов, а с другой — нарастить экспорт в страны-партнеры традиционных низкотехнологичных товаров — текстиля, обуви, изделий из пластмасс и картона, продукции сельского хозяйства.

Даже продвигаемая Китаем концепция Азиатско-Тихоокеанской зоны свободной торговли (АТЗСТ), предложенную Си Цзинпинь, предполагает формирование «не просто объединения, основная цель которого — торговая либерализация, а создание всеобъемлющего, высококачественного объединения, охватывающего вопросы торговли и инвестиций «нового поколения»[8].

Тем не менее заявленная цель практически сводит к нулю реалистичность создания АТЗСТ. Осознавая все существующие экономические и политические противоречия, которые будут препятствовать ее формированию как по-настоящему «высококачественного» и «всеобъемлющего» объединения, становится очевидным, что Китай будет направлять усилия в первую очередь на подписание трехстороннего соглашения о свободной торговле между Китаем, Японией и Республикой Корея, а также на перевод в практическую плоскость многостороннего диалога в рамках Всестороннего регионального экономического партнерства [11].

Высказанная идея, несмотря на всю ее эфемерность и неоформленность в четкую концепцию, может оказаться как минимум на руку китайской стороне, а как максимум перуанский президент в подтверждение солидарности и союзнического отношения просто озвучил китайский сценарий интеграционной архитектуры в АТР.

Новые интеграционные идеи могут концентрироваться вокруг китайской инициативы «Один пояс-один путь» (трех сухопутных и двух морских маршрутов. Весьма показательно, что цели многостороннего проекта выходят далеко за рамки сотрудничества в транспортной сфере, включая не только повышение «транспортной связанности», но и координацию политики, свободную торговлю и финансовую интеграцию, а многие исследователи по отношению к данному многостороннему проекту сотрудничества активно применяют термин «интеграция»[10].

Выход США из соглашения о ТТП может предопределить кардинальный пересмотр региональной интеграционной архитектуры и роли Китая в общерегиональных интеграционных процессах. И ратифицировавшая соглашение Япония, и продвигающая ратификацию соглашения Австралия активно пытаются найти альтернативу Соединенным Штатам. Министр торговли Австралии Стив Чобо заявил, что будущее ТТП может предопределяться включением других азиатских государств — Китая и Индонезии[6].

Даже Япония, которая исторически настороженно относилась к растущему экономическому влиянию Китая в регионе и при реализации общерегиональных сценариев стремилась к формированию противовеса в форме тандемов с Австралией (в рамках ВРЭП) или США (в формате ТТП), видит возможное спасение соглашения в присоединении Китая, хотя при этом продвигает идею включения в состав ТТП и стран Европейского союза [13].

Что касается зарубежных политических интересов, Китай выдвинул целенаправленные инициативы, основанные на сложности Азиатско-Тихоокеанского региона с институционального уровня - «подход АТЭС» для содействия региональному сотрудничеству и содействия долгосрочному процветанию азиатско-тихоокеанской экономики, одновременно защищая интересы Китая за рубежом. Продолжайте развивать. АТЭС является основанной на форумах региональной организацией экономического сотрудничества, состоящей из многих стран и регионов Азиатско-Тихоокеанского региона. Она принципиально отличается от принципов переговоров, принудительных и юридических ограничений, принятых ВТО и другими многосторонними торговыми группами. У АТЭС есть свое уникальное поведение. Принцип «метод APEC» [12].

Если еще до недавнего времени Китай выдвигал «альтернативные» сценарии общерегиональной интеграции, шансы на реализацию которых в кратко- и среднесрочной перспективе представлялись весьма туманными, сейчас у страны появилась реальная возможность выступить локомотивом уже, по сути, созданного «высококачественного» общерегионального интеграционного объединения. Интеграционная мотивация Китая потенциально очень высока, хотя в случае перехода инициативы о присоединении к соглашению в практическую плоскость условия вступления могут стать предметом длительных и напряженных переговоров.


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:
1. Арапова Е. Экономическая интеграция в Восточноазиатском регионе. М.: Проспект, 2015.
2. WorldInvestmentReport 2016. UNCTAD
3. Арапова Е. Восточная Азия: Диверсификация источников экономического роста // Азиатско-Тихоокеанский регион: экономика, политика, право. 2014. №3-4. С.47-57.
4. Арапова Е. Инвестиционный вектор сотрудничества Китая и Великобритании // Российский совет по международным делам, 20 сентября 2016.
5. Глобальная система на переломе: пути к новой нормальности: пер. с англ. / под ред. Акад.А.А. Дынкина, д-ра М. Барроуза /ИМЭМО РАН. – М.: Магистр, 2016. C.142.
6. Агентство Синхуа. Роль Китая в АТЭС значительно возрастает – эксперт. URL: http://russian.cri.cn/3060/2016/11/09/1s591910.htm
7. Екатерина Арапова. Сайт РСМД. Китай в АТР: трансформация сотрудничества. URL: http://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/kitay-v-atr-transformatsiya-integratsionnoy-povestki/
8. Лузянин С.Г. китайский фактор в АТЭС: стимулятор или ограничитель? URL: http://www.ifes-ras.ru/component/content/article/21/503
9. Взаимодействие КНР с БРИКС и АТЭС. URL:http://tass.ru/ekonomika/3761621
10. Сайт Euronews.com Китай предлагает АТЭС свою зону свободной торговли в противовес американской. URL: http://ru.euronews.com/2014/11/11/china-urges-faster-progress-on-asia-pacific-free-trade-area
11. Юй ФэйФэй. Об отношениях между Китаем и АТЭС. «Цзинька гунчэн». - № 10, 2010.
12. Цюань И. Проблемы АТЭС и ответственность Китая. «Хэпин хэ фачжэнь».- № 4, 2013.
13. Сяо Лимеи, Ли Баоцзюнь. Политика Китая в рамках деятельности АТЭС. «Цзяо-сюе юй яньцзю».- № 7, 2017.


©  Се Ипин, Журнал "Современная наука: актуальные проблемы теории и практики".
 

 

 

SCROLL TO TOP
viagra bitcoin buy

������ ����������� �������@Mail.ru