viagra super force

+7(495) 123-XXXX  г. Москва

Выпуски журналов

  • Серия
  • Серия
  • Серия
  • Серия
  • Журнал
  • Журнал
  • Журнал
  • Журнал

И.А. Агакишиев,  (К.ист.н., доцент, МГУ им. М.В. Ломоносова)

Серия «Гуманитарные науки» # МАЙ  2017

Нефть
Статья посвящена технологическим и политэкономическим проблемам добычи нефти на Каспии в 1990-е годы. Анализируется процесс создания современной технологической и технической инфраструктуры нефтяной промышленности в азербайджанском секторе Каспия совместно с зарубежными нефтяными компаниями, а также экономическая конкуренция в борьбе за новые инвестиции.

Ключевые слова: Нефть, газ, нефтяной контракт, совместные предприятия, ГНКАР, месторождения, Каспий.

 

Добыча нефти в глубинных пластах моря требует соответствующих технологий и технического обеспечения. В связи с увеличением количества контрактов ключевым звеном в добыче становится задача модернизации самоподъемных плавучих буровых установок (СПБУ). Современная технологическая и техническая инфраструктура нефтяной промышленности – сложная и дорогостоящая система, обеспечивающая ежедневную бесперебойную добычу, переработку и доставку миллионов баррелей нефти потребителям во всех концах мира. Применяемую технологию в энергетической сфере по своему уровню можно сравнить с космической промышленностью. Нефтяникам приходится работать в море или в условиях вечной мерзлоты, и сам характер работ требует высочайшего технологического уровня оборудования и высокой квалификации специалистов.

Буровые платформы в море представляют собой современное инженерное чудо, которое должно противостоять ураганам и тайфунам. Анализ ствола скважины предполагает применение нейтронного оборудования и гамма-излучения для регистрации кривых сопротивлений на месте бурения скважины. В азербайджанском секторе Каспия работало 33 компании из 11 стран, и большая часть их конкурировала на мировом рынке [1, с. 59].  Страны или компании, которым принадлежали буровые установки, имели большие преимущества. Подтвердить или опровергнуть предполагаемые объемы запасов нефти можно только с применением полупогружных (ППБУ) и самоподъемных (СПБУ) буровых установок.  Необходимо учитывать, что с помощью одной ППБУ можно пробурить в среднем не более трех скважин.

Государственная нефтяная компания Азербайджанской Республики (ГНКАР) предложила зарубежным компаниям, заинтересованным в добыче нефти на морском дне азербайджанского сектора Каспия, участвовать в строительстве новой СПБУ. В годы советской власти приобретенные СПБУ были ограничены в своих возможностях, т. к. были рассчитаны на бурение на глубине моря 150–200 метров. Всего их  было пять. Для сравнения отметим, что  в Мексиканском заливе в эксплуатации находилось 500 плавучих буровых установок [1, с. 57]. Азербайджан не обладал технологиями бурения добычи на глубине моря более 200 м, а азербайджанский сектор Каспия охватывает акваторию с глубинами моря до 950 м. По существующим прогнозам, наиболее богатые запасы нефти находятся в акватории Южного Каспия, где расположены самые перспективные структуры. Глубина в этих местах – до 200 м, но там находилось только 20% площадей перспективных структур, примерно 40% которых располагались на глубине свыше 5000 м [2].

Первоначально были модернизированы две плавучие буровые установки «ДедеГоргут» и «Истиглал», построена новая самоподъемная плавучая установка «Гуртулуш». «Би Пи Эксплорейшн» имела эксклюзивное право на пользование установкой «Истиглал», так как операционная компания финансировала ее модернизацию в объеме 210 млн долларов [3]. После заключения контракта с энергокомпаниями «Эльф Агитен» и «Тоталь» обострились проблемы, связанные с нехваткой современных ППБУ. Президент республики Г. Алиев, поручил это дело премьер-министру А. Расизаде. В очень короткий срок необходимо было модернизировать третий ППБУ «Шельф-3». Был создан комитет во главе с премьер-министром и руководителями 5 концернов, созданных для осуществления контрактных проектов, составлена программа для выхода из этой ситуации, и без промедления началось ее выполнение.

Большая часть комплекса CПБУ строилась на азербайджанских судоверфях СП «CaspianShipyard Company», учредителем которого были ГНКАР, сингапурская «Fels» и «ЛУКойл» [4].   Для упорядочения работы по бурению скважин по различным контрактам был создан специальный клуб («RigClub») по использованию СПБУ, и установлен специальный график по их эксплуатации. Члены клуба участвовали в модернизации СПБУ и с этой целью выделяли определенные инвестиции. Но нехватка оборудования негативно влияла на практическую реализацию контрактов, замедляла темп выполняемых работ. Был создан второй «RigClub» [5]. С аналогичной проблемой столкнулись «Эксон» (месторождение Нахичевань) и «Шеврон» (Абшерон). Глубоководность не позволяла им быть участниками второго «RigClub». В отличие от «Би-Пи Эксплорейшен», «Шахдениз» сам организует и контролирует работу субподрядчиков по контракту модернизации «Шельф-3».

«Шеврон» и «Тоталь» – два участника контракта «Абшерон» – вели переговоры с «Esdcofonix» (французское подразделение транснациональной компании «Slumberger») о модернизации «Шельф-3». К этому проявили интерес три компании: «Эксон» (оператор разработки перспективных структур «Огуз»), «Шеврон» («Абшерон») и «Аджип» [5]. В модернизацию «Шельф-3» первоначально планировалось инвестировать  115 млн долларов, а затем эта сумма увеличилась до 200 млн [6]. «Шельф-3» модернизировали  на судостроительном заводе в Астрахани совместно с американской компанией «Advanced Drilling Company» («ADC») [7]. Для выполнения сейсморазведки в глубиной части азербайджанского сектора Каспия, где находился блок «Алов – Араз – Шарг», необходимо было судно, отличное от уже действующих в этом секторе. Оно было построено и сдано в эксплуатацию СП «КаспианДжеофизикал». 24 сентября 1999 г. на седьмом причале Бакинского международного морского торгового порта состоялась его  презентация. Британо-американская«Би-Пи–АМОКО» после приобретения СП этого судна предоставила ей заказ на проведение трехмерной разведки на блоке «Алов – Араз – Шарг». Начало разведки планировалось во второй декаде октября 1999 г., и работы должны были продлиться 3–4 месяца.

ГНКАР совместно с зарубежными нефтяными компаниями удалось решить проблему по модернизации СПБУ. При этом были выполнены три задачи: на модернизацию комплексов было привлечено определенное количество работников, так как появились новые рабочие место для населения; ГНКАР приобрела модернизированные СПБУ, способные добывать нефть на дне моря, и они стали собственностью компании;  была преодолена проблема отсутствия или дефицита соответствующей техники для успешного решения оффшорных проектов. Азербайджанская Республика в 1999 г. стала собственником 11 плавучих бурильных установок, 6 ППБУ и 5 СПБУ.

Наряду с чисто техническими и технологическими проблемами в 90-е годы ХХ века возникли и политэкономические проблемы, в основе которых лежало два фактора. Первый и, на наш взгляд, главный – нефтедобыча  на Каспийском шельфе в те годы только начиналось, существующая информация о запасах углеводов требовала новых практических доказательств. Вторым фактором стала существующая экономическая конкуренция между сторонниками освоения уже существующих месторождений и теми, кто был готов инвестировать в новые проекты на Каспии. Фактически это была борьба за новые инвестиции. После завершения контрактов по месторождениям «Карабах», «Дан Улдузу» и «Ашрафи» далекие от нефтяного бизнеса политологи  муссировали идею об искусственном разбухании информации о нефтяных запасах Каспия и даже подвергали сомнению существование углеводородов на Каспии. В ответ на это президент ГНКАР Н. Алиев отмечал: «Неужели вы думаете, что нефтепромышленники, приходя в регион, наивно доверяют “обманчивым утверждениям”. Они проводят свои исследования, закупают информацию. Эти данные они покупали еще до распада СССР. На основе своих знаний о регионе они и принимают решения» [8]. Два проекта – «Карабах» и «Дан Улдуз-Ашрефи» – сочли нерентабельными в 1998 г., когда цена за баррель нефти была всего  9 долларов. При этом на Северном море рентабельным считается месторождение с запасами в 30 млн тонн нефти. Причина в том, что там была создана хорошая инфраструктура для каждого месторождения: подводные трубопроводы, терминалы и др., т.е. то, что способствует снижению капитальных затрат по каждому проекту. На месторождениях Карабах и Дан Улдуз-Ашрефи запасы нефти доходили до 45–50 млн тонн. Но в этой зоне отсутствовала необходимая инфраструктура. Требовались дополнительные средства для ее создания, но при цене 9 долларов за баррель этот расход не был бы оправдан. Современная технологическая добыча позволяет извлекать не всю нефть, содержащуюся в продуктивных горизонтах. Специалисты утверждают, что в пластах остается до 50% нефти [9, с. 56, 58]

ГНКАР, разумеется, не могла заставить какую-либо компанию инвестировать тот или иной проект. «Специалисты зарубежных компаний самостоятельно проводят анализ предоставленных им сведений, а выводы, к которым они приходят, это их выводы, а не ГНКАР», – напомнил всем скептикам всемирно известный нефтяник, вице-президент ГНКАР Х. Юсифзаде [10, с 61]. Неудача или удача – это нормальный, естественный итог любой разведки углеводородов. Объявляется тендер – и компания, предоставляющая лучшие условия, становится победителем. По мировой статистике, только 25–30% разведочных работ на перспективных структурах завершаются успехом, т. е. открытием коммерческих запасов нефти и газа.

Если проанализировать причины  появления в прессе «антирекламных» статей, обнаруживается и влияние геостратегического противостояния в регионе.

Во-первых, в основе их лежат политические и геополитические интересы мировых держав в странах Южного Кавказа и Каспийского бассейна.
Во-вторых, соперничество нефтяных компаний и лоббирование их интересов государствами за выгодные проекты углеводородов. На наш взгляд, последняя причина наиболее важная. Компании, как золотоискатели в прошлом, «локтями» выбивали друг друга в надежде овладеть участком в рискованном, но очень выгодном контракте (нефть, как и золото, является важнейшим ресурсом).

Азербайджан и руководители ГНКАР только предлагали, а иностранные компании, вкладывающие большие деньги, не убедившись в перспективности того или иного блока, не начинали переговоры по проекту. Организованные в прессе кампании по дискредитации руководителей ГНКАР создавали дополнительные проблемы для ее деятельности. Несмотря на это, иностранные компании продолжали активно работать на месторождениях республики, и интерес к азербайджанскому сектору Каспия не угасал. Президент компании «Дельта Ойл» Бадра Аль Айбани заявил: «Ни для кого не секрет, что, когда иностранные компании решают инвестировать в какую-либо отрасль индустрии Азербайджана, они делают это не в качестве одолжения или подарка азербайджанскому народу, так как в мире есть очень много других стран, в которые они могли бы инвестировать свои деньги. Очевидно, что они инвестируют в Азербайджан, потому что верят в получение здесь прибыли больше, чем в любой другой точке мира. Причины данной уверенности заключаются не только во всемирном признании Азербайджана как экономически и политически стабильной страны. Учитывается и менталитет азербайджанского народа, который подтвердил свою работоспособность, трудолюбие и высокую образованность» [11].

При анализе заключенных контрактов очевидным становится повышение статуса ГНКАР, о чем свидетельствует увеличение ее доли в каждом соглашении. Так, в первых трех контрактах доля ГНКАР не превышает 10%. Причины уступок — экономическая и политическая нестабильность в стране и глубокий экономический кризис, большая заинтересованность в инвестициях международных компаний. В последующих контрактах доля ГНКАР неизменно увеличивалась: в седьмом контракте государственная компания уже имела 50% долевого участия. Это означало стабилизацию экономического и политического положения страны и получение иностранными инвесторами политических гарантий.

Улучшение имиджа страны и рост ее престижа вызывал уважение иностранных компаний к  республике. Установление равных отношений между руководителями иностранных компаний и руководителями ГНКАР и республики не было простой задачей, но компетентность руководства страны и профессионализм специалистов нефтяной промышленности Азербайджана позволили решить ее. Название республики и ее столицы стали звучать во всем деловом мире. Уже в июне 1996 г. Баку был принят в мировое Содружество нефтяных городов [12, с. 48]. Азербайджан, по мнению российского эксперта О. Булатовой, для иностранного инвестора имеет целый ряд  преимуществ. Во-первых, это большие запасы качественных энергоносителей. Во-вторых, благоприятное географическое расположение: вполне приемлемое расстояние от местных нефтеналивных терминалов до крупных нефтеналивных портов по территории России, Грузии и Турции. В-третьих, налицо политическая стабильность в государстве, инвесторы могут не опасаться конфискации, национализации и пр. В-четвертых, большая гибкость, проявленная руководством республики при проведении  переговоров. По темпам развития сотрудничества с инвесторами Азербайджан стал опережать страны бывшего Советского Союза [13, с. 45]. К 2000 г. проектные запасы нефти в Каспии нефти составляли 15–22 млрд тонн, а уже доказанные запасы – 2 млрд тонн, что сравнимо с запасами Северного моря.

К августу 1999 г. один баррель нефти стоил уже 18–19 долларов. Это были высокие цены по сравнению с существовавшими на рынке в период экономического кризиса 1998 г. В июле-августе 1999 г. цены на нефть стали выгодными. Основной причиной тому послужило заявление стран-членов ОПЕК, что до марта 2000 г. ведущими странами-экспортерами не будет увеличиваться добыча нефти [7]. Помешать этому мог только Ирак: страна была вынуждена в условиях экономической блокады осуществлять программу «Нефть в обмен на продовольствие» и экспортировать на мировой рынок 2,2 млн баррелей нефти в сутки. 20 ноября 1999 г. истекал срок действия программы, в рамках которой Ирак имел право продать нефти на сумму 5,26 млрд долларов и закупить за эти деньги продовольствие, медикаменты и другие товары первой необходимости.

Остальные страны ОПЕК по сравнению с началом 1999 г. сократили экспорт нефти на 40 тыс. баррелей в сутки. В начале августа цена на нефть превысила отметку в 20 долларов за баррель. Эксперты отмечали два основных фактора, повлиявших на повышение нефтяных котировок: приближение зимнего сезона и улучшение экономической ситуации в странах Азиатско-Тихоокеанского региона. Ежедневный дефицит между предложением и спросом на нефть достигал 0,7–0,8 млн баррелей, а возможное начало закупок газойля и мазута Китаем и суровая зима могли еще больше увеличить этот разрыв. Во избежание «голландской болезни» правительство Азербайджанской Республики решило реинвестировать полученные доходы от нефти в приоритетные направления экономики –  нефтепереработку, нефтехимическое производство, химическую промышленность и машиностроение.


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:
1. Нефть России. 1999. № 7.
2. Бакинский рабочий. 1997. 15 ноября.
3. Мulkiyyet. 1998. 18–21 августа.
4. Бакинский рабочий. 1997. 9 апреля.
5. Мulkiyyet. 1999. 8–21 августа.
6. Бакинский рабочий. 1997. 25 ноября.
7. Мulkiyyet. 1999. 18–25 августа.
8. Зеркало. 1999. № 19. 15 мая.
9. Нефть России. 2001. № 5.
10. Нефть и капитал. 1999. № 7–8.
11. Бакинский рабочий. 1998. 5 июня.
12. Нефть России. 1997. № 5–6.
13. Нефть и капитал. 1996. № 5.


©  И.А. Агакишиев, Журнал "Современная наука: актуальные проблемы теории и практики".
 

 

 

  1. Комментарии (0)

  2. Добавить свои

Комментарии (0)

There are no comments posted here yet

Оставьте свой комментарий

Posting comment as a guest.
Вложения (0 / 3)
Share Your Location
Введите текст с картинки. Не разобрать?
 
SCROLL TO TOP

 Rambler's Top100 @Mail.ru