viagra super force

+7(495) 123-XXXX  г. Москва

Е.В. Короплясова,  (Аспирант, Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова)

Серия «Гуманитарные науки» # ЯНВАРЬ  2016

Контент-анализ
В статье на основе использования количественного и качественного анализа официальных итоговых материалов Архиерейских Соборов Русской Православной Церкви рассматривается становление молодежного движения. Целью исследования послужил процесс выявления степени роста интереса к проблемам молодежи со стороны Церкви. Проведенный анализ позволил окончательно выделить периодизацию исторического процесса развития молодежного движения РПЦ, в котором 2000 год стал важным для формирования организационной структуры по молодежной работе Церкви и переходным для многих православных молодежных объединений. А также, определить основные направления работы с молодежью, как приоритетные в течении 1990-х и 2000-х гг.

Ключевые слова: Контент-анализ, молодежное движение, православное молодежное объединение, Русская Православная Церковь, служение.

 

Русская Православная Церковь (далее РПЦ) одной из главных своих задач ставит воспитание и образование детей и молодежи, формирование в молодежной среде традиционных духовно-нравственных ценностей. Начиная с 1990-х гг., Церковь постепенно формулирует молодежную политику и вырабатывает приемлемые для себя формы деятельности.

Вопросы построения качественной конфессиональной молодежной политики, по мнению исследователя данного вопроса С.О. Елишева [Елишев, 2013],  это задача не только религиозных организаций, но и забота государства. Проблемы молодежи в Церкви освещаются как в работах церковных деятелей [Пелин, Григорьев, 2011], так и в отдельных в работах междисциплинарных исследователей, касающихся религиозности современной российской молодежи, феномена добровольчества или молодежных организаций  [Давыдов, 2002; Криворученко, 2010; Луков, 2012; Хохлова, 2007; и др.]. Между тем, молодежное движение Православной Церкви в России пока не получило должного освещения.

В целях подробного изучения процесса формирования молодежной политики Русской Православной Церкви и условий, в которых складывается православное молодежное движение, нами был использован качественно-количественный метод анализа официальных документов Церкви. А именно, контент-анализ документов по итогам проведения заседаний Архиерейских и Поместных Соборов Русской Православной Церкви, прошедших в 1990-2013 гг. (всего 6 Соборов в первый период 1990-2000-х гг. и 6 во второй период 2000-2013-х гг.).

Для начала отметим неоднозначность понятия «молодежное движение». Как правило, его рассматривают в виде совокупности всех молодежных организаций, как чисто политическое явление, или же, как форму социальной активности молодежи. Поскольку, мы рассматриваем историю молодежного движения, активность которого ограничена в рамках социального института Русской Православной Церкви, то данное понятие будем употреблять в качестве совокупности деятельности православных молодежных объединений, действующих под эгидой Русской Православной Церкви в России с начала 1990-х гг. ХХ века.

Прежде всего, целью применения данного метода является компаративная квантификация и оценка в относительных величинах степени уделенного внимания вопросам и проблемам подрастающего поколения и молодежного движения, которые определяются Церковью как первостепенные в тот или иной период.

Объектом формализованного анализа послужили документы, в которых отражены вопросы, касающихся всех сфер жизни Церкви и общества. Это, прежде всего повторяющиеся стандартные итоговые послания «пастве» и обществу от лица Церкви, такие, как «Послание Собора клиру, монашествующим, мирянам и всем верным чадам Русской Православной Церкви», Определение Собора «О вопросах внутренней жизни и внешней деятельности Русской Православной Церкви», «Определение о вопросах внутренней жизни Русской Православной Церкви», «Определение о вопросах внешней жизни Русской Православной Церкви», а также доклады Патриархов московских и Всея Руси, которые содержат итоги по деятельности Церкви в различных сферах в межсоборный период. Остальные документы не были включены в список анализируемых документов, т.к. несут в себе специфичные задачи и являются узконаправленными, например, о вопросах канонизации святых, отделении Украинской Православной Церкви, принятии устава и другие. Поэтому были исследованы только документы общего характера, в которых так или иначе освящаются проблемы молодежи.

Категориями анализа выступают слова и словосочетания по теме молодежи и молодежного движения, такие как, «молодежь», «дети», «молодежное движение», «молодежная работа», «молодежное служение» и др. За единицу анализа была взята лингвистическая единица. Данный показатель представлен в виде количественного выражения слов, которые могут быть отнесены к одной из категорий.       Подсчет частоты упоминаний произведен в относительных величинах. Абсолютной величиной одного документа, одного Соборного мероприятия, одного года и одного периода выступают количество слов всего текста, сумма слов всех исследуемых документов данного мероприятия, сумма слов всех исследуемых текстов за год (даже если в год несколько соборных мероприятий) и общая сумма слов проанализированных текстов указанного периода, соответственно. После каждого года подведен итог и общий процент употребления темы молодежного движения за определенный год. Аналогичным образом произведен подсчет частоты упоминаний по категориям. Именно данное число позволяет отметить процент, который с течением нескольких лет был отведен данной теме в документах Собора Архиереев.

Итог по каждому из 2-х периодов в количественном эквиваленте указан как среднее арифметическое значение частоты упоминаний единиц анализа в документах Соборов молодежной тематики. Таким образом, при обращении к использованию в исследовании метода контент-анализа в отношении официальных итоговых документов Архиерейских соборов Русской Православной Церкви, касающихся общих вопросов, прослеживается значительный рост внимания к разносторонним проблемам воспитания молодежи и подростков именно после 2000-х гг.

С учетом показателя количества слов, уделяемых вопросам молодежи, молодежного движения, относительно общего количества слов того или иного документа, разница весьма заметна. За первый период проблемы молодежной работы Церкви: будь то миссионерская работа в молодежной среде, программы, поддержка молодежной инициативы, движения, показатель среднего значения составляет 2,11%, а за период с 2000г. – 5,79%. Данный факт можно объяснить причиной необходимости для РПЦ в период с 1990 по 2000-е гг. в первую очередь решать вопросы организации нормального функционирования Церкви в целом. Тем не менее, к проблемам работы с молодежью обращались и в истории молодежного служения основное содержание данного периода заключается в поиске подходов, форм и методов осуществления качественных молодежных программ. Результатом подобных настроений явилось создание центральной организации с претензией на общецерковный масштаб, а именно Всероссийское Православное Молодежное Движение (далее ВПМД). Но процесс становления молодежного движения происходил в различных формах: школы, братства, летние лагеря и пр., зачастую никак не связанных с деятельностью ВПМД. В 1994 году подчеркивается «важность молодежной работы в Церкви», но при этом констатируется, что «наравне с весьма успешной в этой сфере деятельностью в центре и в ряде епархий, организованного общецерковного молодежного движения до сих пор фактически не существует, как не существует и специфически молодежной работы в большинстве приходов» [Определение Архиерейского Собора, 1994]. В качестве мер было предложено «оказание поддержки детской православной организации как в становлении ее центральной структуры, так и в создании соответствующих подразделений на местах» [Там же]. В первой половине 1990-х гг. ВПМД не сумело сыграть главную роль, поэтому движение представляло из себя сосуществование различных молодежных объединений, действующих разобщенно, но развивающих схожие направления. Это привело к тому, что в 2000 году ВПМД путем реорганизации становится базой для Синодального отдела по делам молодежи и соответствующего ему отделы в различных епархиях. Накопленный в епархиях опыт поставил новые задачи: расширить организационные формы, определить новые направления. Этот опыт и принятая Юбилейным Собором 2000 года «Концепция молодежного служения РПЦ» обусловили начало нового этапа молодежного служения РПЦ.

Показатели соборов 1990 и 1992-х гг. сравнительно невелики и не превышают даже 1%. На первом месте стояли вопросы восстановления всех сфер жизнедеятельности Церкви, так как в конце 1980-х – начале 1990-х гг. были открыты и восстановлены епархии в основном в центральной части России, возобновлялась работа исторических епархий и образовывались новые. Было необходимо наладить систему подготовки священнослужителей, выстроить систему отношений с новой государственной властью, с зарубежными Православными Церквями, остро стоял вопрос реставрации возвращенных храмов и монастырей и т.д. Несмотря на это, вторая половина 1990-х годов сопровождается ростом внимания и интереса к проблемам молодежи заметно повышается. За 1994 г. и 1997 г. показатели составляют уже 4,7% и 3,3% соответственно. Звучат такие понятия как «молодежное движение», «молодежная инициатива». Вместе с тем достаточно внимания уделяется вопросу обязанности Церкви в работе с молодежью, которая подвержена негативным влияниям общества, например, в документах 1994 года говориться о подверженности детей новым религиозным культам, т.н. «тоталитарным сектам». В то время очень остро стоит проблема новых религиозных движений, поскольку данный вопрос был вынесен на отдельное совещание с последующим принятым документом «О псевдохристианских сектах, неоязычестве и оккультизме».

Таким образом, при обращении к использованию в исследовании метода контент-анализа в отношении официальных итоговых документов Архиерейских соборов Русской Православной Церкви, касающихся общих вопросов, прослеживается значительный рост внимания к разносторонним проблемам воспитания молодежи и подростков именно после 2000-х гг.

Качественный анализ показывает, что за первый период главными вопросами Церкви в процессе реализации молодежной политики были миссионерская деятельность в среде молодых людей, просветительская и катехизаторская работа. Различные проекты и программы находят отклик и одобрение со стороны церковного руководства. Во второй половине 1990-х гг. можно встретить рекомендации в адрес епархиальных архиереев, благочинных и приходских священников поддерживать молодежной инициативы или движения. Тем не менее, обращаясь к проблемам работы с молодежью, основное содержание данного периода заключается в поиске подходов, форм и методов осуществления качественных молодежных программ. Результатом этого поиска явилось создание центральной организации с претензией на общецерковный масштаб, а именно Всероссийское Православное Молодежное Движение (далее ВПМД), которое в 2000 году путем реорганизации явился базой для Синодального отдела по делам молодежи и соответствующего ему отделы в различных епархиях. Но в 1990-е гг. ВПМД не сумело сыграть главную роль, поэтому движение представляет из себя сосуществование различных молодежных объединений, действующих разобщенно, но развивающих схожие направления. В России процесс становления молодежного движения происходит в таких формах, как школы, братства, летние лагеря и пр. Накопленный в епархиях опыт поставил новые задачи: расширить организационные формы, определить новые направления. Этот опыт и принятие Юбилейным Собором 2000 года Концепции молодежного служения обусловили начало нового этапа молодежного служения РПЦ.

Касательно молодежного движения впервые на подобном мероприятии был представлен доклад архиепископа Костромского и Галического Александра о работе ВПМД только в 2000 году. Как один из документов, он не был включен в выборку анализируемых текстов. Но данный текст важен, поскольку позволяет выявить основные тенденции в развитии, которые Церковь ставит для себя в качестве стратегии развития работы с молодыми людьми. Поэтому он представлен в отдельный концептуальный анализ на основе лингвистических и контекстуальных единиц счета. Под «молодежным движением» нами будет пониматься совокупность православных молодежных объединений, которые в свою очередь в качестве официально или неофициально оформленных формирований существуют на разных уровнях (приход, благочиние, епархия) и организуют свою работу с «благословения» (разрешения) священноначалия. В церковной литературе  чаще всего используется более общее понятие «молодежное служение». Его начинают употреблять в документах преимущественно после 1997 года. А с принятием «Концепции молодежного служения» данное понятие приобретает колоссальную популярность, но даже в «Концепции» не было приведено четкого определения. Очевидно, что понятие «молодежное служение» носит двоякий смысл и с одной стороны имеется в виду деятельность Церкви по отношению к молодежи как объекту церковного служения, включающая православное воспитание через привлечение молодежи в социальное служение Церкви, просвещение молодых людей и организацию свободного времени. А с другой стороны, деятельность, организующую инициативы молодежи как субъекта служения.

Подробнее этот вопрос раскрывается в докладе архиепископа Костромского и Галического Александра (Могилева) на Соборе 2000 года.  В качестве контекстуальных единиц были выделены понятия, разбитые в свою очередь на две части. Первая часть включает в себя отношение к молодежи как объекту служения (например, Синодальный и епархиальные отделы, съезды, структуры, молодежная работа и др.), вторая – молодежь как субъект (молодежные объединения и организации, движения, инициативность и др.). Обе части в числовом эквиваленте относительно всего текста имеют следующие значения – 3,4 и 2,5 соответственно. Тоже самое происходит и в документах Соборов на протяжении всего рассматриваемого периода. Руководство Церкви дает право молодым людям проявить свою инициативу, тем не менее, всегда говорит о необходимости направлять, координировать их деятельность и постоянно заниматься воспитанием, «упорядочить практику работы Церкви с молодежью» [Александр (Могилев), 2000]. Впервые на Соборе  2000 года была озвучена идея создания системы последовательного кадрового обеспечения конкретной молодежной работы. Архиепископ Александр говорит, что «Епархиальным Преосвященным уже было направлено циркулярное письмо …, в котором говорилось о необходимости создания в каждой епархии специального центра для работы с молодежью под руководством священнослужителя, имеющего педагогическое образование и соответствующую практику» [Там же]. Спустя более 10 лет следующий руководитель Синодального отдела по делам молодежи епископ Игнатий (Пунин) Бронницкий этот вопрос сделает приоритетным в процессе развития молодежного движения. С момента своего назначения епископ Игнатий большое значение придаст разработке проектов общецерковных документов в области молодежного служения: должностные инструкции ответственных за молодежную работу в благочиниях и на приходах; положение о епархиальном молодежном совете и епархиальной школе православного молодежного актива «Вера и дело»; положение о епархиальных коллегиях, ответственных за молодежное служение.

Проблема системы подготовки кадров и формированию научно-методической базы, конечно, была не раз озвучена и до 2010 года, но основные направления, превалирующие в тексте анализируемого доклада, были посвящены: просветительско-образовательным (1%), информационно-издательским (0,3) и спортивно-досуговым (1,6%) формам работы с молодыми людьми. Отметим, что просвещение уступало досуговой деятельности. Много внимание уделено активности участников паломническо-реставрационной программы «Реставросъ», скаутских организаций и их мероприятий в России, в том числе, Федерации православных следопытов, которая в 2002 году была переименована в «Братство православных следопытов» при Патриаршем Крутицком Подворье.

Заметно, что в период истории молодежного движения после 2000г., Церковь делает акцент на  самостоятельность молодых людей, все больше обращается к «деятельной», инициативной  молодежи. Председатель Синодального Отдела епископ Игнатий на конференции 5 ноября 2010 года подчеркивал:  «создание годовой программы базируется на инициативах, исходящих от самой православной молодежи…молодежные организации являются генератором идей». Все чаще упоминаются понятия инициатива, деятельность, активность, а также кадры, актив молодых людей и т.д. Церковь видит необходимость аккумулировать положительный накопленный региональный опыт молодежного служения  и создать на его основе методическую базу. В одном из докладов Патриарх Алексий II сообщает о проведении специальной конференции для молодежных лидеров  «Современная молодежь в Церкви: проблемы и пути их решения» (Москва, 16-23 февраля 2005 г.) [Алексий II (Ридигер), 2008]. В документах 2013 года также перечислены неоднократно штатские должности по религиозно-образовательной, катехизаторской работе, работе с молодежью и значимости введения таких работников во всех благочиниях, а именно что уже «приблизительно в 65% благочиний назначены помощники благочинных по указанным направлениям» [Кирилл (Гундяев), 2013].

Второй этап в истории молодежного движения Русской Православной Церкви связан с принятием церковных документов, имеющих важное значение для молодежной работы: Концепции молодежного служения и Основы социальной концепции, документ «Об организации молодежной работы в Русской Православной Церкви» и др. Самое главное, документы служат и руководством для епархиальных архиереев и священноначалия, но на практике не все рекомендации были осуществлены. Реорганизация ВПМД в Синодальный Отдел по делам молодежи, курирующей деятельность подобных отделов всех епархий, демонстрирует важный шаг на пути к созданию общецерковной структуры и объединению всех усилий РПЦ в этом направлении. Данный этап можно  охарактеризовать ростом активности молодежи и крупными мероприятиями различных уровней и началом деятельности по профессиональной подготовке кадров для работы с молодежью. Появляется большое количество молодежных объединений, что отражено в росте количества упоминаний понятий «православное молодежное объединение», организации, центры, движение и др. Эта форма взаимодействия Церкви с молодежью становится наиболее удобной в плане организации, например и на приходе, и юридически отдельно от Церкви, в виде официально оформленной общественной организации. Тем не менее, анализ показал, что, несмотря на упоминаемую значимость определенных направлений молодежного движения, поставленные приоритетные задачи не были реализованы в полной мере. Но можно предположить, что активная работа и развитие методической базы, обучающий характер лидеров молодежных объединений в процессе различных встреч, семинаров и других проектов будет продолжен. Как, например, учебно-методические материалы, созданные под редакцией Владимира Стрелова [Стрелов, 2012]. По его словам: «курс родился благодаря совместной работе на ведущих передовых молодежных площадках: всероссийский молодежный лагерь «Федоровский городок», православная смена лагеря «Селигер». А по итогам разработанной программы до 2012 года было проведено три полных обучающих цикла в Москве, выездные семинары для молодежного и миссионерского отделов Ивановской, Кемеровской, Новгородской, Ставропольской и Челябинской епархий, для Финской православной церкви и выездной семинар для Даниловского благочиния г. Москвы.

Таким образом, анализ показал, что Русская Православная Церковь в официальных документах Архиерейских Соборов в отношении молодежи высказывает однозначную позицию о важности формирования более структурированной работы Синодального отдела по делам молодежи. Документы содержат в себе информацию о многих успешно осуществленных  проектах, которые в свей роде и служат в качестве рекомендаций для других епархиальных архиереев или активистов православных молодежных объединений. В 1990-е гг. молодежные центры, объединения, советы и пр. были приняты за наиболее приемлемую форму работы. Большое внимание уделяется особенностям молодежной аудитории, специфике миссионерской работы в среде подростков и молодых людей. В 2000-е гг. прослеживается заметный рост количества ПМО разного уровня (епархиальные-благочинные-приходские) и в качестве основного вопроса встает кадровое и учебно-методическое обеспечение молодежной работы Церкви.


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:
1. Давыдов С.Г. 2002. Становление и развитие неформального молодежного движения в СССР, 1945 – 1985 гг. Автореф. дисс…док. истор. наук. Москва, 32 с.
2. Александр (Могилев), архиеп. Доклад архиепископа Костромского и Галичского Александра / Материалы Архиерейского Собора 2000 года // URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/423818.html (10 апреля 2015).
3. Алексий II (Ридигер), патр. Доклад Патриарха Московского и всея Руси Кирилла / Материалы Архиерейского Собора 2008 года // URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/426666.html (28 апреля 2015).
4. Кирилл (Гундяев), патр. Доклад Патриарха Московского и всея Руси Кирилла / Материалы Архиерейского Собора 2013 года // URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/2770923.html (13 мая 2015).
5. Елишев С.О. 2013. Молодежная политика Русской Православной Церкви в Российской Федерации. Церковь и время. Научно-богословский и церковно-общественный журнал, 1 (62): 24-46.
6. Криворученко В.К. 2010. Патриарх с думой о молодежи. URL: http://www.mosgu.ru/nauchnaya/publications/2009/professor.ru/Krivoruchenko_Patriarch.pdf (20 апреля 2013).
7. Луков В.А. 2012. Теории молодежи: междисциплинарный анализ. – М.: «Канон+» РООИ «Реабилитация», 528 с.
8. Стрелов В.С. 2012. Миссия возможна: практический курс для организаторов и актива православного молодежного служения: сборник методических материалов. Москва, 107 с.
9. Определение «О вопросах внутренней жизни и внешней деятельности Церкви» / Итоговый документ Архиересйкого Собора 1994 года // URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/530447.html (25 мая 2015).
10. Пелин Александр прот.. Григорьев Н.И. 2011. Маркетинг и менеджмент в православных НКО: анализ, стратегия, осуществление. Саранск, 182 с.
11. Хохлова Н.А. 2007. Современное молодежное движение в России: структурно-функциональный анализ. Автореф. дисс. канд. полит. наук. Н.Новгород, 28 с.
 



© 
Е.В. Короплясова, Журнал "Современная наука: актуальные проблемы теории и практики".
 

 

 

 
SCROLL TO TOP

 Rambler's Top100 @Mail.ru