viagra super force

+7(495) 123-XXXX  г. Москва

Цзэн Тин,  (Доктор наук, ст. преподаватель, Фуданьский университет, Китай)

Серия «Гуманитарные науки» # СЕНТЯБРЬ  2016

Сравнительные конструкции
В статье проанализированы сравнительные конструкции, использованные З. Прилепиным в романе «Обитель». Анализ показал, что сравнения вводятся автором в текст в наиболее напряжённые моменты сюжета, чаще всего для описания разнообразных эмоций главного героя Артёма Горяинова – заключённого соловецких лагерей 20-х годов XX века. Разные по структуре сравнения передают сильные чувства и сложные душевные и физические состояния героя – чувство голода, в том числе сексуального, ощущения, связанные с физическими перегрузками от непосильного труда лагерников, и др. Выбирая образы сравнений, автор проявляет художественное мастерство и апеллирует к разным органам восприятия читателя – зрению, слуху, обонянию, осязанию.

Ключевые слова: Сравнительные конструкции, Захар Прилепин, роман «Обитель», эмоции.

 

Функция выражения эмоций – одна из основных в языке. Для говорящего важно передать окружающим свои чувства, и целый комплекс языковых средств помогает ему в этом. Для выражения экспрессии используются в числе прочего сравнения. Их применение в художественной литературе позволяет увидеть как общеязыковые, так и индивидуально авторские особенности функционирования этого интереснейшего языкового средства в экспрессивной роли, как способа передачи эмоций персонажа и автора.

Захар Прилепин вошёл в русскую литературу как серьёзный писатель, автор книг, призывающих размышлять о жизни, о предназначении человека, о правде и лжи, верности и предательстве. В его произведениях (романы «Патологии», «Санькя», «Чёрная обезьяна», «Грех» и др., рассказы и стихи) эмоциональность, её уровень и средства её выражения стали стилистическим приёмом, одним из способов конструирования авторского художественного мира. Роман «Обитель» вышел в свет в 2014 году, в этом же году стал победителем национальной премии «Большая книга» и сразу привлёк внимание читающей публики, критиков и филологов. А.В. Жучкова, рассмотрев этот роман, отмечает, что «проза Прилепина основана на качественно иных художественных и коммуникативных посылках, нежеликлассическийили постмодернистский нарратив» [1, с. 164]. М.В. Александрова и В.А. Антонец анализируют пространство романа [2], С.А Ильина рассматривает тему Крыма в произведении [3]. Язык романа пока не привлёк внимание исследователей.

Цель статьи – рассмотреть сравнительные конструкции в романе «Обитель» Захара Прилепина как средство выражения эмоций героя и одно из стилистических средств конструирования тональности романа, построения художественного мира произведения. Сравнительные конструкции в романе «Санькя» анализирует Л.Цзюнь[4], в романе «Обитель» данное языковое средство пока не рассматривалось. Грамматические разновидности и структуру сравнительных конструкций мы анализируем, опираясь на исследования М.Н. Крыловой [5].

Роман «Обитель» повествует о жизни главного героя, Артёма, в Соловецком лагере особого назначения, в 20-е годы прошлого века. В условиях заключения отношения с людьми и нахождение своего места в сложной иерархии соловецких «лагерников» становятся главной проблемой для героя.

Общая тональность романа «Обитель» достаточно ровная. Стилистический замысел автора, как нам кажется, заключается именно в том, чтобы рассказать о страшных событиях без эмоций, нарочито спокойно, создать эмоционально-стилистический парадокс и с его помощью образом противоестественность происходящего. Только сравнительные конструкции нарушают замысел автора, он, кажется, не может сдержаться от их употребления в самые сложные для героя моменты сюжета.

Впервые текст насыщается сравнениями, когда описывается трудная для героя ситуация: ему выпадает тяжёлый наряд – «баланы» (весь день в холодной воде вытаскивать на берег тяжёлые брёвна) – и Артём обессилевает от этой работы. В обратной дороге в лагерь под ночным дождём «Артём чувствовал, что это не дождь бьёт его в затылок и плечи… а он тащит за собой дождь как огромную, полную ледяной и трепещущей рыбы сеть». С помощью отрицательного сравнения (конструкции не – а) автор предаёт физические ощущения героя. Наутро Артёму невероятно трудно проснуться, и З. Прилепин снова прибегает к помощи сравнения, чтобы передать чувства персонажа: «Артём просыпался так, будто ему – как кость, с хрустом – сломали сон, и открытый перелом шёл через трещащий от боли череп». Сравнение очень наглядно, оно ориентировано на активизацию слухового восприятия читателя: отвлечённое явление – пробуждение – сопоставляется с хрустом переламываемой кости. В качестве образа автор привлекает весьма неприятное действие, усиливая таким образом ощущение трудности пробуждения Артёма.

Автору удаётся найти для описания ощущений героя очень конкретные образы. Невозможность отдохнуть и восстановить силы за ночь передаётся сравнением: «Ещё кипятка хочу, – сказал Артём, сползая с нар так, будто его всю ночь жевали и выплюнули, не дожевав». Крики «Встать!», которыми будят лагерников, автор сопоставляет с явлением, которое должно у большинства читателей вызвать негативные слуховые ассоциации: «Это “встать!” звучало, как будто раз за разом остервенело захлопывали крышку пианино». Как видим, писатель стремится воздействовать посредством образов сравнения на различные органы чувств читателей. Постоянное недосыпание становится для героя серьёзной проблемой, и к теме сна автор возвращается постоянно, описывая сон в том числе с помощью сравнительных конструкций: «Ночь проспал – будто неподъёмной землёй засыпанный».

В борьбе за выживание, в тяжком труде и сложностях установления отношений с «блатными», «стукачами», начальством, с друзьями и врагами герою некогда вести длинные философские размышления, а возникающие у него ёмкие мысли автор также нередко предпочитает формулировать посредством сравнительных конструкций: «Жизнь, как ходики… мотает туда‑сюда… – невесело думал Артём».

Смерть, окружающая героя, постоянно дающая себя знать – это словно ещё один, не называемый автором прямо герой романа. Случаи смерти окружающих героя персонажей, пусть и не близких ему, – ключевые эпизоды книги, заставляющие Артёма задуматься о постоянной смертельной опасности, угрожающей ему самому. В этих случаях автор также прибегает к сравнительным конструкциям. Нелогичной и бессмысленной представляется герою смерть малолетнего беспризорника, какое-то время прятавшегося в бараке и подкармливаемого лагерниками, и в образный строй романа активно входят сравнительные конструкции: «Беспризорник был удушен: детский рот криво распахнут, тонкая шея будто надломлена, глаза растаращены…». И вот задушенного мальчика уносят: «Дневальные чеченцы унесли пацана – за руки за ноги – было видно, что он лёгок, словно пустой внутри». Автор с помощью сравнения выделяет признак, позволяющий осознать, каким маленьким был умерший – дитя, жизнь которого была ужасной, а смерть – бессмысленной.

Видя смерть вокруг себя, Артём боится умереть. Он одновременно и презирает смерть, и страшится её. Пугающе ожидание вызова, за которым будет расстрел. Когда за ним приходит красноармеец и начинает с ошибками произносить его фамилию, ощущение героя формулируется с помощью ассоциации: «Все эти ошибки звучали так, словно Артёма уже начали проворачивать в мясорубке».

Артём очень сильно голодает, поэтому немало страниц книги посвящены еде. Применяются для передачи вожделенного отношения героя к еде и сравнительные конструкции: «За час ему успело присниться варёное яйцо – обычное варёное яйцо. Оно светилось изнутри желтком – будто наполненным солнцем, источало тепло, ласку». Описание ведётся настолько наглядно, что читатель начинает испытывать голод вместе с Артёмом, переживать с ним нетерпеливое ожидание пищи, новые для героя восприятия вкуса и др. Автор показывает собственное удивление героя от силы испытываемого им чувства голода, его безуспешные попытки руководить своим восприятием: «…Но упоминание сметанки с лучком подействовало ещё сильнее, и в одно мгновение он почувствовал, что рот его полон слюной, – даже самому смешно стало, как это не по‑человечески, будто он собака какая‑то».

Сильным чувством героя является также и сексуальный голод. Для молодого человека, проведшего в изоляции от женского общества несколько месяцев, желанен даже секс за деньги, и средством выразить это сложное в описании чувство для автора также становится сравнение, причём гиперболизированное: «Правду сказать, ему было немного стыдно, но эта долгожданная, звериная радость – она была куда сильнее, она оглушала так, что сознание иногда словно бы уходило под воду».

Наряду с гиперболизацией, автор использует при создании сравнений преуменьшение, когда ничтожность объекта сопоставления позволяет ему подчеркнуть зависимое положение героя, незначительность и слабость его перед обстоятельствами, перед более приспособленными к жизни персонажами: «Настроен он был так, будто Артём теперь – вша и осталось эту вшу задавить ногтем».

Чаще всего писатель находит оригинальные, авторские образы для сравнения. Внимание к окружающим людям проявляется в точном описании их внешности, в том числе с помощью оригинальных сравнений: «Лицо у него было как картошка в мундире, лопнувшая улыбкой». Встречаются и устойчивые сравнения, которые точно характеризуют состояние героев: «Появился откуда‑то Василий Петрович, весь, как курица, взъерошенный то ли от ужаса, то ли от удивления». Автор стремится оживить устойчивые сравнения, например, при сопоставлении светлых волос с соломой: «Афанасьев хохотал, тряся рыжей головой, как будто солома в его волосах, солома и солнце». Поведение и поступки окружающих детализируются и уточняются с помощью метких, ярких, конкретныхобразов: «Галина карандашом почесала лоб так торопливо, словно там только что сидела муха и теперь осталась щекотка от мушиных лапок». Здесь, как видим, автор апеллирует к такому виду восприятия читателей, как осязание.

Писатель стремится включить при восприятии сравнений, их образной составляющей все чувства читателя. Естественно акцентирование внимания на визуальных образах, например, при описании внешности взводного Крапина: «Кожа лица у него всегда была покрасневшая, будто обваренная, а лоб выдающийся, крутой, какой‑то особенно крепкий на вид, сразу напоминающий давно виданные страницы то ли из учебного пособия по зоологии, то ли из медицинского справочника». Помимо того, автор использует образы, ориентированные на слуховое восприятие: «Там одна птица так стрекочет – словно затвор передёргивают, неприятно»; осязание: «…Щетина на лице тоже была влажная и вид имела такой, словно это не волосы, а грязь, вроде той, что остаётся на полу сеновала – колкая, пыльно‑травяная сыпь»; обоняние: «…Они уселись с чаем на его нары, вдыхая аромат с таким усердием, словно желали вобрать его весь». Ассоциации, ориентированные на вкусовое восприятие, встречаются в тексте реже.

Характеризуя сравнения, используемые З. Прилепиным в романе «Обитель», необходимо отметить также их грамматическое разнообразие: автор использует сравнительные обороты, неполные и полные сравнительные придаточные предложения, отрицательные сравнения, сравнения в форме сказуемого и другие грамматические типы сравнительных конструкций. Разнообразие указывает на художественное мастерство писателя, его мастерское владение разнообразными ресурсами языка.

Итак, сравнительные конструкции в романе З. Прилепина «Обитель» являются сильным стилистическим средством. Они используются автором неравномерно: особенно активно вводятся в текст в наиболее напряжённые моменты сюжета, когда описываются сложные события, важные для судьбы героя, меняющие её. С помощью сравнительных конструкций писатель описывает эмоциональное состояние героя, те чувства и ощущения, которые связаны с сюжетом романа, описывающего жизнь в соловецких лагерях 20-х годов прошлого века: психические и физические трудности героя, его отношение к смерти, голод, обычный и сексуальный, и под. Образы сравнений, подбираемые писателем, чаще всего оригинальны, гиперболизированы или литотизированы; писатель нередко апеллирует в сравнении к различным чувствам читателя – зрению, слуху, осязанию.


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:
1. Жучкова А.В. Вегетарианские двадцатые в романе З. Прилепина «Обитель» // Вопросы литературы. 2015. № 3. С. 164 – 176.
2. Александрова М.В., Антонец В.А. Пространство «Обители» как основание бытия в романе З. Прилепина // Ярославский педагогический вестник. 2015. № 4. С. 312-317.
3. Ильина С.А. «...Я не вижу никакой разницы между Крымом и Соловками»: тема Крыма в романе З. Прилепина «Обитель» // Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2015. № 12-3 (54). С. 78 – 80.
4. Цзюнь Л. Сравнения в романе З. Прилепина «Санькя»: языковой аспект // Гуманитарный вектор. Серия: Филология, востоковедение. 2013. № 4 (36). С. 87 – 90.
5. Крылова М.Н. Сравнение с человеком в современном русском языке как проявление персонификации // Наука и образование: новое время. 2016. № 2 (13). С. 77 – 83.
 



© 
Цзэн Тин, Журнал "Современная наука: актуальные проблемы теории и практики".
 

 

 

 
SCROLL TO TOP

 Rambler's Top100 @Mail.ru