viagra super force

+7(495) 123-XXXX  г. Москва

Выпуски журналов

  • Серия
  • Серия
  • Серия
  • Серия
  • Журнал
  • Журнал
  • Журнал
  • Журнал

А.И. Макина,  (К.и.н., доцент, ФГБОУ ВО «Хакасский государственный университет им. Н.Ф. Катанова»)

Серия «Гуманитарные науки» # АВГУСТ  2016

Хакасия
Род, сеок, аальная община середины XIX – начала XX вв., являлись основными формами социальной организации хакасов, выступали теми субъектами помощи, которые оказывали содействие в решении повседневных социальных проблем. Социальная помощь как система защиты человека от рисков в обществе зародилась в системе родовых отношений, развивалась и существовала как специальный социальный институт, созданный в целях попечения неспособных к самообеспечению людей, временно или постоянно нуждающихся в поддержке. Хакасская женщина, согласно традиционным представлениям, являлась «нечистым» существом и была ущемлена в социальной жизни, но при этом находилась под опекой, сначала родительской семьи, затем мужа и его родни. Помощь со стороны родственников и аальной общины предоставлялась ей в особых обстоятельствах: при вдовстве, при рождении внебрачного ребенка – во всех ситуациях, нарушающих нормальную жизнедеятельность женщины, родственники и аальная община способствовали ее социальной реабилитации.

Ключевые слова: Хакасия, хакасский этнос, социальная защита, помощь, традиции помощи, род, община, женщина.

 

Как в традиционном так и в современном обществе семья, семья с детьми, женщина выступают главными объектами социальной защиты. На протяжении длительной этнической истории народы, населяющие современную Россию, выработали механизмы социальной помощи и защиты уязвимых групп населения, в том числе женщин, как центральных субъектов репродукции населения, воспитания поколений, а значит, сохранения жизнеспособности этноса. Период общинно – родовых отношений носит название архаического этапа социальной работы и характеризуется бытованием социальной помощи и поддержки в рамках семьи, рода, общины, у хакасов он охватывает середину XIX – начало XX вв., изобилует формами помощи и взаимопомощи различным категориям населения в разных сферах жизнедеятельности. Описание традиций социальной защиты в хакасском обществе обосновывает наличие исторического фундамента современной социальной работы в Республике Хакасия. Целью статьи является характеристика традиций социальной помощи женщинам, существовавших в традиционном хакасском обществе. Метод исследования структурно-функциональный анализ.

Социальной проблемой принято считать социально–экономическую зависимость женщины от мужчин. Женщина не считалась платежной душой, не получала в надел покосов и пашен, не имела права наследования и финансово полностью зависела от мужа [Бутанаев, 2004. С.138]. Но приданное, которое женщина получала от отца при выходе в замужество, являлось гарантированной экономической базой жены и давало некоторую материальную свободу. В традиционном обществе экономическая и социальная зависимость жены от мужа была беспрекословной, но уже в период конца XIX – начала XX вв. женщины стали проявлять некоторую самостоятельность и пытались отстоять свои имущественные интересы через обращения к административным управленцам. Обращения женщин к родовым старостам подавались как родителями супруги, так и непосредственно самими обиженными женами. Так, например отец Елены по мужу Тиниковой просил родовое управление взыскать со своего бывшего зятя (он просто вернул дочь обратно, сказав, что не желает с ней жить) имущество, перешедшее ему в качестве приданого и возместить затраты на свадьбу – 106 рублей серебром.*

 * ГКУ РХ «Национальный архив», Ф. И – 2. Оп. 1. Д. 152

 

Самостоятельно поданные прошения имели приблизительно общее содержание: женщина после смерти мужа или вследствие его расточительного поведения, либо после развода, жалуясь на притеснения самого мужа, его родственников, просит выделить часть имущества на проживание и воспитание оставшихся детей,* либо выбрать из числа общинников человека, который бы являлся опекуном имущества семьи,** или вернуть наследство родителей, выданное в виде приданого на свадьбе.*** Здесь справедливо будет отметить, что большинство хонгорских женщин не осмеливались публично устраивать разбирательства, а те, что прониклись новаторскими идеями, часто использовали общественность даже для реализации своих не всегда чистых помыслов. Так, например, через обращение к родовому старосте Бача Созыева пыталась взыскать с родственников умершего мужа средства на содержание сына, сама она якобы с сыном проживала у своего брата. После проведенного разбирательства выяснилось, что ребенок жил в доме родственников мужа и находился у них на полном обеспечении.****

* ГКУ РХ «Национальный архив», Ф. И – 5. Оп. 1. Д. 32. Л. 268
** ГКУ РХ «Национальный архив», Ф. И – 5. Оп. 1. Д. 32. Л. 39
*** ГКУ РХ «Национальный архив», Ф. И – 2. Оп. 1. Д. 1157. Л. 27
**** ГКУ РХ «Национальный архив», Ф. И – 5. Оп. 1. Д. 33. Л. 69

 

Еще одно обстоятельство, вследствие которого женщина приобретала статус социально уязвимой – вдовство. Семья – крайне важный социальный институт в традиционном обществе коренных жителей Хакасии, и поэтому люди считались полноценными лишь тогда, когда имели семью. Муж с женой являли собой единое целое [Семейная, 1980. С. 25]. Это имело символическое проявление в обычае плетения кос замужней женщине: в правую косу супруги вплетались так называемые «сугынды» (накладные косы) из волос мужа. Этот обычай являет представление хакасов о единстве мужа и жены. Он также имел место и в женской прическе: у молодой незамужней девушки волосы были заплетены во множество маленьких косичек – «сурмес», во время свадьбы эти косички распускали и заплетали две косы, в одну из них вплетались волосы с головы мужа, вдова после смерти мужа должна была распустить волосы и ходить так до 40 дней, затем ей заплетались две косы, но обратным плетением [Бутанаев, 1987 б. С. 63]. Описание института вдов, то есть устоявшейся системы мер по оказанию общиной или родовой помощи женщине, которая оказалась в уязвимом положении крайне скудны. Так, описывая быт карагасов, В. Н. Васильев подробно характеризует меры общественного призрения бедных и бездетных вдов, которые живут в обществе на положении пенсионеров, расходы на поддержание жизни которых разделяются среди всех податных плательщиков 17–18 лет. Вдовы кочуют, присоединяясь к какой-нибудь группе семей охотников, охотники делятся с ними своею добычей, причем каждой вдове полагается такая же часть мяса, как и семье каждого охотника, то же касается и дележа шкур убитых зверей. Вдовцы же не живут за счет общественного призрения, так как они до глубокой старости сами продолжают охотиться [Васильев, 1910. С. 26]. Вдова была социально защищена степными законами: женщина наследовала все имущество мужа и могла им распоряжаться до совершеннолетия детей; если женщина имела детей, то ее попечительством занимались дети. Так, исследователь степного права хакасов Н. Н. Несар – Несарцев пишет: «Если умирает отец, имевший малолетних детей, то все имущество переходит во владение вдовы, которая считается полноправной хозяйкой и собственницей до тех пор, пока не подрастет один из сыновей и не женится…» [Несар – Несарцев, 1905. С. 42 ]. Женщине также разрешалось вторично выйти замуж, при этом ее приданое и личные вещи оставались при ней [Бутанаев, 1987 а. С. 163]. Что касается последнего, то в семейно – родственных отношениях минусинских татар имел место левират. При согласии, а иногда и принуждая, молодую вдову отдавали в замужество за младшего брата умершего мужа или за младшего родственника, деверя (халдых – букв. остаток) женили на невестке (нигiче) и назывался данный обычай «халдыхха кiргенi» [Патачаков, 1981. С. 98]. Положительной стороной заключения подобного брака было то, что семья сохранялась в рамках рода, дети оставались и воспитывались внутри сеока, имущество семьи сохранялось, и семья оставалась полноценной. Некоторые авторы отмечают, что существование такого обычая показывает заботу хакасов о целостности и благосостоянии семьи, о том, чтобы дети имели и мать и отца, могли наблюдать взаимоотношения между супругами [Шафиро и др. 1960. С. 48]. При выполнении норм степных законов хакасов также имелись и перегибы, когда женщину против ее воли выдавали замуж родственники умершего мужа и она искала поддержку у общины через обращение к родоначальнику. Так, Федосья Адиякова написала прошение о том, что ее свекровь и родственники мужа требуют, чтобы она вышла в замужество за младшего брата, отобрали у нее все имущество. Родоначальник постановил, чтобы родственники умершего прекратили все притеснения по отношению к Федосье, так как они (Федосья и свекровь) приняли крещение и степными законами более не должны руководствоваться.* Кроме того, вдовы имели особое расположение к себе общины и все их обращения с жалобами разрешались положительно, общество старалось их не обидеть. Так, например, в книге общественных приговоров Абаканской инородной управы существует жалоба от вдовы, у которой родственники мужа забрали вместе нажитое имущество, и родовой староста постановил его вернуть и строго отслеживал выполнение предписания.** Также в архиве имеется дело о разбирательстве между двумя инородцами – Варламом и вдовой Евдокией. Суть разбирательства заключалась в том, что покос, который после смерти мужа перешел в пользование жены, был выкошен Варламом Тугужековым. После проведенного анализа, управа постановила вернуть вдове половину выкошенного сена (поскольку обидчик затратил усилия на покос и уборку сена) или отдать деньгами 27 рублей.***

* ГКУ РХ «Национальный архив», Ф. И – 2. Оп. 1. Д. 812. Л. 1 – 9
** ГКУ РХ «Национальный архив», Ф. И – 2. Оп. 1. Д. 1. Л. 233 – 243
*** ГКУ РХ «Национальный архив», Ф. – 142. Оп. 1. Д. 1. Л. 32

 

Одной из форм проявления содействия в похоронах и помощи при утрате близкого человека является обычай «теезиг», суть которого заключалась в том, что родственники навещали вдового человека, таким образом разделяя с ним горечь потери [Бутанаев, 2004. С. 55]. Согласно этому обычаю родственники привозили с собой специальные подарки, состоявшие из продуктов и одежды.

Социально ущемленной женщина могла оказаться и при другом обстоятельстве, а именно рождении внебрачного ребенка. Вообще все проявления неполной семьи в традиционном обществе коренного населения Хакасии воспринимались как социальная аномалия. Рождение внебрачного ребенка для девушки считалось большим позором. Такое дитя называли «сурас – пала» [Бутанаев, 1999. С. 122]. Девушки, родившие вне брака, не были в почете, они уже не могли рассчитывать на подобающее замужество и должны были ходить с одной косой. Хакасская пословица гласит: «Палгастыг чирче чорбе, палаллыг хат алба, Тлолыг чирче чорбе, тулунныг хат алба – По грязному месту не ходи, бабу с ребенком в жены не бери, по болоту не ходи, женщину с косой не бери» [Хакасские, 1960. С. 10]. Степные законы в данной ситуации были на стороне обманутой девушки, дети в традиционном обществе коренных жителей Хакасии являлись большой ценностью, общество заботилось и о внебрачном ребенке и о его матери. Как пишет губернатор Енисейской губернии: «узнавали имя отца ребенка и заставляли жениться, если он отказывался, то должен был дать семье девушки коня, овчинную шубу и 25 рублей, такую же лошадь отдают и мужу за бесчестие» [Степанов, 1835. С.26]. Степной закон обязывал воспитывать ребенка до семилетнего возраста семьей матери, а затем до совершеннолетия семьей отца [Бутанаев, 1987 а. С. 161].

Таким образом, традиционное хакасское общество выработало свои механизмы социальной защиты женщин, что характеризует наличие истоков профессиональной социальной работы на территории Республики Хакасия. Женщина в традиционном хакасском обществе была социально защищена в рамках общинно–родового устройства. Она постоянно находилась под опекой мужского населения: в детстве – в родительской семье под опекой отца, затем ответственность за нее нес муж. В случае возникновения особых ситуаций семья, род и аальная община содействовали ее социальной реабилитации. Коренным населением Республики Хакасия был выработан механизм социальной защиты женщин, оказавшихся в социально–уязвимом положении: защита имущественного положения, социальная поддержка вдов и одиноких матерей.


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:
1. Бутанаев В. Я. К истории семьи и семейного права хакасов (19 – нач. 20 века) // Традиционные верования и быт народов Сибири 19 – нач. 20 в. отв. ред И. Н. Гемуев, А. М. Сагалаев. – Новосибирск: издательство «Наука» сибирское отделение, 1987 а. – С. 155–164.
2. Бутанаев В. Я. Свадебные обряды хакасов в конце XIX начале XX вв. // Традиционные обряды и искусство русского и коренных народов Сибири. – Новосибирск: Наука, 1987 б. – С. 179–193.
3. Бутанаев В. Я. Степные законы Хонгорая / Авт. Бутанаев В. Я. – Абакан: Издательство Хакасского Государственного университета им. Н. Ф. Катанова, 2004. – 279 с.
4. Бутанаев В. Я. Хакасско – русский историко – этнографический словарь. Учебное пособие для преподавателей гуманит. вузов тюркоязычных республик России. – Абакан: УПП «Хакасия», 1999. – 236 с.
5. Васильев В. Н. Краткий очерк быта карагасов. – Москва: типография Императорского Московского Университета, 1910. – 78 с.
6. Несар – Несарцев Н. Н. Материалы к изучению обычного права инородцев Минусинского уезда // Сибирский наблюдатель. Кн.3. 1905. – С. 32–46.
7. Патачаков К. М. Семейно – родственные отношения у хакасов // Вопросы этнографии Хакасии - Абакан: ХАКНИИЯЛИ, 1981. – С. 81–101.
8. Семейная обрядность народов Сибири: опыт сравнительного изучения. – Москва: издательство «Наука», 1980. – 240 с.
9. Степанов А. П. Енисейская губерния, ч. 1 , Санкт – Петербург, 1835. – 436 с.
10. Хакасские пословицы, поговорки и загадки (на хакасском и русском языках) Сост. и перевод У. Н. Кирбижековой. – Абакан: Хакасская областная типография, 1960. – 89 с.
11. Шафиро И. Б., Ултургашев С. П., Музяев В. Ф., Анжиганов В. С. Долголетие. Долгожители Хакасии. – Абакан: Хакасское книжное издательство, 1960. – 69 с.
 



© 
А.И. Макина, Журнал "Современная наука: актуальные проблемы теории и практики".
 

 

 

 
SCROLL TO TOP

 Rambler's Top100 @Mail.ru